Он угрожающе шагнул к ней.
- Тебе нужно...
- Не говори это. - Катарина подняла подбородок, настаивая на своем. "Я - альфа-самец. Я вожак стаи". - Если тебе не нравятся мои слова, опровергни их, но не смей меня оскорблять. Или прикажи мне чувствовать другое.
Он замер, его руки сжимались и разжимались. "Хороший мальчик". Баден успокоился сам, без реального вмешательства с ее стороны.
Обучить его будет легче, чем она полагала. Красавица полностью приручит чудовище, да. Ей просто нужно сосредоточиться и перестать теряться в бескрайних просторах его сексуальности.
"Вроде, я планировала оставить его как можно скорее".
Ну, планы поменялись. Снова.
Дверь распахнулась, и хмурый Гален ворвался внутрь. В руках он держал по поводку, к концам которых были привязаны Бисквит и Подливка.
- Специальная доставка. Наслаждайся. Или нет. Да, скорее, нет.
Счастье пустило ростки. Гален бросил поводки, и собаки бросились к ней. Катарина присела, приветствуя их с распростертыми объятиями. Они лизали ей лицо, пока она гладила и хвалила их. Большинство тренеров препятствовали облизыванию, но она всегда наслаждалась демонстрацией собачьей привязанности. Собаки говорили на другом языке, и облизывание значило "я люблю тебя".
- Что это за пятно на твоих штанах? - спросил Гален Бадена, очевидно пытаясь не засмеяться. - Дети, что вы делали, пока меня не было? Мне гадать?
Катарина сжала губы, останавливая рвущийся наружу смех.
Баден выругался себе под нос.
- Катарина, уверен, ты встречала Галена. Он хранитель Зависти и Ложной Надежды. Ему принадлежит этот дом, который находится в другой реальности.
Да, она видела Галена, но никогда не говорила. Катарина заметила, что большинство воинов его избегали.
- Другая реальность? - спросила она.
Он кивнул.
- Ты можешь доверить этому мужчине свою жизнь, но ничего больше.
Гален быстро растерял свою веселость.
- Кровожадный зверь-мудачина любит кидаться камнями. Великолепно. Нам стоит основать команду для вышибал. Или как у Гарпий, команду в игре "увернись от булыжника".
- Мне нужно уйти прежде, чем я сделаю что-то, о чем, несомненно, пожелаю.
Баден выбежал из комнаты, веселье Катарины тоже померкло.
Ее взгляд переместился на Галена. Его привлекательность почти гипнотизировала, но в стиле страшного серийного убийцы.
- Что он имел в виду в другой реальности?
- Думаю, другой мир. Потому что так и есть.
Бессмертный... другие миры... о чем еще она не знает?
- Почему вы двое враждуете?
Он проигнорировал ее, сказав:
- Предполагается, что я должен охранять тебя, пока Баден на одной из миссий Гадеса, но, не колеблясь, вспорю тебе живот, если решу, что ты для него опасна.
Бисквит пополз к нему, рыча, пока она не позвала щенка.
- Ты любишь Бадена? - спросила Катарина.
Гален пожал плечами.
- Я люблю себя, но нужен ему. Девочка, тебе не повезло.
Глава 17
"Хотел бы я целовать тебя, а не скучать по тебе".
- Аэрон, бывший Хранитель Гнева.
Баден снял с себя грязную одежду, взглянул на не зажженный камин и решил, что спалить все до нитки будет отличной идеей. Он бросил в центр очага пылающую спичку, сверху кинул одежду и наблюдал за тем как тлеет ткань. Одежда лишь будет напоминать о Катарине и о том, как он повел себя будто подросток, которого первый раз приласкали. Унизительно, и все же... оно того стоило? Баден забрался в горячий душ.
Горячая вода полилась на лицо и плечи, капельки скользили по его груди, и даже находясь здесь без одежды, Баден мыслями возвращался к Катарине. Наслаждение, которое она ему подарила... он никогда такого не испытывал. Он настолько сильно ее желал, что сделал бы все, о чем бы она не попросила, отдал бы ей все, что она пожелает. Он бы умер за нее.
Она имела над ним власть... над ними обоими... и все же Разрушение охотно убил бы за нее. За нее, не за себя. Будто ее враги имели большее значение, чем его собственные. Словно каждого недруга нужно научить тому, что смотреть в сторону этой человечки большая ошибка.
Черт бы ее побрал, Катарина все еще имела власть над ними!
Желание к ней больше не казалось произвольным, оно стало необходимостью. Ее вкус. Ее мурлыканье. Ее стоны и вздохи, и то как она шептала его имя - или выкрикивала его. Ее руки, что так правильно обхватывали длину его члена. Ее отпущенная на волю страсть, чистое порочное покорение, когда она насаживалась на его пальцы.