-Лея, у тебя такой чудной цвет волос, большая редкость для наших краёв, а для моргулов вообще в диковинку, они таки все чёрные, как смерть. В кого ты такая?
Мне хотелось ответить, что это просто генетика, и лучше бы спросить у моего отца, но решила, что она не поймёт меня. Да ей и не нужен был ответ.
-Говорят, что раньше не было среди нас, никого с таким цветом волос, ни твоим, не моим, все были светлые. Что это нам дано в дар от похищенной принцессы из-за которой началась война, что она не умерла, а нарожала кучу детей от злого принца моргулов, плакала и тосковала по дому, а он так любил её, что отпустил домой, но она не могла вернуться в открытую и жила тайно среди нас, как простая хере, и дети их дали много поколений равнийцев. И месть моргулов потому и была такой сильной, что несправедливо они считали убийство их принца и говорили, что любили они друг друга и не крал он её, мол все было по согласию. Это конечно только сказка, для глупых маленьких хере...
Интересная интропритация событий, хоть теперь буду знать, как это видят моргулы, лишнего не сболтну. И устроившись поудобнее завалилась спать.
Эскорт наш составлял человек 200 военных, три наших кареты, пять телег с приданным, среди которых была и моя. Войны одетые в броню и доспехи шагали, ехали на конях и в повозках с провизией, ещё бы, не шутки, принцессу везут и гарант мира.
Как это все быстро произошло, буквально 4 недели назад я выехала из имения и уже почти в чужой стране!Хотя и неделя в исчеслении была другая в этом мире-десять дней.
Всё мои вещи, а точнее вещи Леи были собраны заранее и продолжали собираться пока я мирно сидела в библиотеке за моей спиной, поэтому на следующий день после разговора изменившего мою жизнь в данном измерении, с рассветом, я отправилась в крепость недалеко от дворца, для общего сбора. Родным провожать девушек было нельзя, только охрана и прислуга, я отказалась от предложения взять с собой Маю, зачем ей такой стресс на старости лет?Я в отличии от Леи могу сама себя обслужить. А король то хитер,сделал все сборы тихими, лишь для того что бы не допустить истерии в верхушке общества. Проведя ночь в холодной келье крепости, в одиночестве, мы двинулись в путь, познакомились только в карете, которая стала нам домом, спальней, столовой на близайшие две недели,а может и больше, кто знает, сколько мы будем добираться до их столицы.
Мойра встрепенулась, скинула капюшон плаща и стала выглядывает в окно с обеспокоиным видом. Затем подняла на нас испкэуганные глаза э, облизнула пересохшие губы и сказала:
-Хере... Мы приехали... Похоже раньше запланированного... Я вижу их костры и слышу речь...
Из глаз её потекли жгучие слезы, она молчала и, как сумасшедшая раскачивалась из стороны в сторону.Мне это показалось жутким, хотя, как я могу их судить, я то ехала с мыслями, что это временно, а они, что навсегда. Я молчала, но мои руки под плащем начали дрожать. Лишь бы не забиться в общем припадке и ажиотаже, я тоже начала выглядывать в окно.
Уже смеркалось и на другой стороне озера, возле которого мы ехали виделись огни, вокруг них ходили люди, что-то готовили, занимались какими то делами, в темноте было уже не разглядеть. Костров 50 не меньше.
Минут через 30 мы достигли цели и въехали в их лагерь я плотнее закрыла занавески на окнах, все мы вжались в мягкие сидения кареты, взялись за руки и молчали, Джил подвывала еле слышно.Сквозь тонкую ткань, мне отчётливо был виден лагерь многолетнего недуга равнийцев. А вокруг была суета, чужая, непонятная грубая речь слышалась со всех сторон, лязг метала, запах еды, ржание коней все смешалось в одно живое существо, от которого нам не было спасения.Войны, красивые, статные для меня ни чем не отличающиеся от людей, кроме конечно огромных размеров и роста, сновали меж очагов и палаток, присаживаясь выпивали из бурдюка, ели мясо с веретела, кто-то курил длинную изогнутую трубку,общались и смеялись между собой. Кожаные сапоги, штаны, жилеты, этакая внешность древнего викинга, просаленные и обветренные лица, закалённое тело и выточенные в боях движения, все говорило о том, что война их путь и жизнь. На лицах и руках многих красовались шрамы и татуировки в основном изображавшие символы, похожие на руны. У всех были длинные волосы, заплетенные в косы либо в хвост. У некоторых были бороды из косичек.
Дверь кареты отворилась, на нас глядел стражник: