— Мы тоже с ними виделись.
— Вельми ненормальные аякаси, с такими рис не сваришь. Пошла я дальше, и попала во дворец бута. Мы с Королевой плохо друг друга понимали, но вроде бы она обещала отправить меня обратно. Я стала выполнять разные поручения на пару с огромной огнедышащей рептилией… Джаббервоки зовут его. Но ваш указ о том, что мирных аякаси нельзя трогать, не нарушала. Токмо вязала всех е-кай, что противились власти королевской. Вчера вот одного повязала, вроде как босс партизанов. Его в темницу бросили.
— Кошка! Ты подчинилась Подмирью? — подозрительно осмотрела бакэнэко Сидзука.
— О чем ты? Этот мир мне нравится. Здесь легко дышится. Милорд, нам обязательно возвращаться? Может, погостим подольше?
— Так и знала. Ты прогнулась под ками.
— Отставить ссоры. Гостить мы здесь не будем. Надо придумать план, как незаметно открыть портал в пруду.
— Юто, мы разве не будем вызволять лидера Сопротивления Чаепития? — спросила Сидзука. — Да и Королева мне не понравилась.
— Да… За пару дней успела много мерзости повидать. Рептилия не щадит никого, цукумогами и бута вешают всех, на кого укажет Королева, — мрачно поведала Химари.
— Видишь, Юто? Разве может потомственный экзорцист остаться в стороне? Или, возможно, ты защищаешь только людей, которых терроризируют аякаси? — сузила красные глазки мизухэби.
— Ты права, моя лоли, — вздохнул я. — А я только обрадовался, что эпопея в Подмирье закончилась.
— Милорд, вы тоже в Башне очутились после перехода?
— Нет, мы прыгнули сразу за тобой, но нас выкинуло на далекий остров… — я кратко пересказал наши похождения. Бакэнэко удивилась, как легко мы меняли свои размеры с помощью зелья. — Итак, каков наш план? Химари, есть способ вызволить лидера из тюрьмы? Как его зовут хоть?
— Рональдсон. Казематы строго охраняются. Они готовы к тому, что его попытаются освободить. Чуть что, сразу Бармаглота зовут.
— А дракон пролезет в подвал?
— Нет, но все выходы ведут в большой зал, где он будет ждать нас.
— Ладно. Сначала обсудим все с Сопротивлением Чаепития. Химари, сможешь вывести нас незаметно из замка?
— Сию минуту, милорд.
Слезть из окна по вьющемуся плющу и немного попрыгать не составило для нас труда. Один цукумогами нас заметил, но Химари быстро применила на нем подчинение и приказала забыть нас. Последняя печать из нашего арсенала. Найти Шляпника с Зайцем также оказалось несложно. Они все гоняли чаи, горюя о потере Рональдсона. Минут десять мне пришлось убеждать, что страшная кошка на нашей стороне. С горем пополам мы утрясли все разногласия.
— Как будем спасать лидера? — спросил я. — У меня есть один план, но для этого мне надо наклепать кучу печатей.
— Такие важные вопросы следует обсуждать в кругу сопротивленцев! Идем! — высказал Мартовский Заяц и повел нас по дремучему лесу.
Где-то через полчаса мы вышли к небольшому поселению, заполненному разнообразными экзотическими строениями. Кто-то устроили себе берлогу на дереве, кто-то под землей, были и вполне приличные кирпично-черепичные домики. Мы же подошли к жилищу хоббитов: упитанная землянка с необычной круглой дверью.
— Добро пожаловать в «нору»! — заявил усаги, распахивая дверь. — Чувствуйте себя как дома!
Внутри окзалось на диво уютно и «нормально», с поправкой на уровень технического прогресса в пространственной складке. Я даже обрадовался, увидев типичные предметы обихода. Из глубины дома вышел аякаси-хозяин — кролик белого цвета.
— Дорогая, я привел гостей.
— Марти, ты снова пил?! — с порога накинулась… крольчиха.
— Всего по чашечке… — сконфуженно произнес Заяц.
Помнится, в Алисе был похожий персонаж, правда мужского пола. Хотя тут этих усаги тьма тьмущая. Стоит отметить, что на японском усаги звали как зайцев, так и кроликов.
— И Шляпу с собой опять привел! Нужно действовать, а не чай расписать! Королевство в опасности, Рональдсона схватили, а ты со своими дружками прохлаждаешься. Только мы с детьми и занимаеся агитацией среди жителей! Ой, с вами кошка… — попятилась крольчиха, почуяв ауру Химари.
— Она с Сопротивлением, не беспокойтесь.
— Это отличные вести! Муж, в кои то веки у вас получилось что-то дельное. Проходите на кухню.
Крольчиха, которую звали Бекка, повела нас в соседнюю комнату, где прямо на столе был разложен ворох бумаг — чертежи дворца, списки Сопротивления. КГБ на них нет. Жена-усаги раньше работала у Червонной Дамы, но после смены власти отошла от дел. Как видно, в Сопротивлении Чаепития мозги имели лишь Бекка, да Соня иногда подавал дельные идеи. Подошли еще трое больших усаги, дети Бекки и Марти, отчитались о своей антиправительственной деятельности.