— Амакава. На полигон, — развернулась Седзо-сан и направилась на выход из лаборатории.
Я со вздохом отнес скопившуюся после цитрусовых кожуру до мусорки и пошел догонять учителя. Сидзука, плескающаяся в неубранном бассейне, неохотно последовала за нами. В тренировочном ангаре я остановился перед мишенью и решительно произнес:
— Епический свет, дай мне силу! Крышесносящая-волна!
Из моего вакидзаси вылетел яркий серп света, вгрызся в мишень и оставил существенную выбоину в плите. Не, знаю, может мне показалось, а может эффект плацебо и впрямь действует, но заклинание выходило значительно легче и чуточку мощнее.
— Это ведь русский? Интересный выбор, — заметила Седзо-сан.
— Юто, почему ты не сказал мне, что знаешь русский? — насупилась Сидзука.
— Прости, моя лоли. Как-то повода не находилось.
— Что же еще ты скрываешь?
— Ха! На самом деле я пришелец из иного мира, который вселился в тело Юто!
— Пф, выдумщик, нано, — ну да, Сидзука ведь не была знакома с прежним Юто.
— Амакава. Продолжай.
— Епический свет, дай мне силу! Максимум-скорости! Максимум-брони!
Усиление и покров света откликнулись на мой зов, как в одной небезызвестной компьютерной игре.
— Хорошо, — кивнула женщина. — Тренируйся. Через неделю протестируем, возросла ли эффективность заклятий.
Лишь один ученик находился в пустом классе после окончания занятий. Юноша с темно-синими волосами задумчиво смотрел в окно на клонящееся к закату солнце, когда подошел назначивший встречу:
— Такаги-кун, твоя просьба встретиться весьма неожиданна, — приветиливо обратился Ходжо Гарудо.
Собеседник решительно вошел в класс и задвинул дверь. Выглядел Масутани Такаги чуть старше своих четырнадцати лет, а растрепанные темно-русые волосы и закатанные рукава школьной формы создавали ему немного хулиганский образ.
— Мне надоело бегать.
— Говорят, ты недавно встречался с Амакава, — усмехнулся синеволосый. Ходжо же внешне был полной противоположностью: идеально сидящая форма без единой мятой складки или пятнышка, аккуратно зачесанная назад прическа. Слегка надменное выражение лица знающего себе цену человека.
— Да-а, — протянул член небольшого клана Масутани. — Зазывал меня к себе. Но эти его е-кай. Бр-р-р.
— Так ненавидишь е-кай? Почему бы тебе тогда не вступить в «Чистоту»?
— Эй, я похож на богатенького мажора? Если им некуда девать свое время и деньги, пусть развлекаются. Я предпочитаю думать о более насущных вещах. Клан Ходжо довольно обеспеченный. Если мы договоримся, то я готов по окончании учебы войти в состав клана.
— О-о, какая приятная новость. А что твои родственники?
— На родителей я не смогу повлиять, но сестру попробую уговорить.
— Такаги-кун, уверяю, в нашем клане ты получишь достойную поддержку. И однажды, не без твоей помощи, Ходжо станут называть великими. Как ты понимаешь, должно пройти время, прежде чем мы сможем доверять друг другу, — улыбнулся юноша довольно. — Раз уж так получилось, продолжай поддерживать дружеские отношения с Амакава.
— Да, Гарудо-семпай.
Четверг выдался суматошным деньком для многих учеников, но не для меня. Поскольку я нагло сачковал осенний фестиваль. Кто-то занимался палатками с едой, кто-то показывал магические представления и тому подобное. Класс на меня немного дулся, так что я старался не отсвечивать. Видел отдельные группы учеников-гостей из Китая и Индии. Традиционно они приезжали к нам на день осеннего равноденствия. Мы тоже к ним отправляли лучших учеников на их праздничные мероприятия.
Проходя мимо стендов, я остановился возле платки школьного клуба манги. Наверное, меня Седзо-сан уже приучила обращать внимание на данные образчики японского искусства. Помимо стандартного выпуска про японского экзорциста-школьника, отражающего нашествие пришельцев, на прилавке находился тонкий пятистраничный комикс. Где-то виденная мной девочка из клуба густо покраснела, когда я потянулся за экземпляром манги. Мда, одна обложка уже изгоняла любое желания знакомиться дальше. Но я пересилил себя и полистал содержимое. Узнать героев, срисованных с нас с Айджи не составляло проблем. Радует, что по крайней мере сцен 18+ в додзинси не было. Я был изображен нежным и ранимым парнем с тонкой душевной организацией, тогда как Айджи — агрессивным и напористым. А до меня их ведь взяли несколько девочек. Тьфу ты!
— Щелк! — на долю секунды палатку клуба манги осветила яркая вспышка.
Я увидел Райхо Минами, с маниакальным упорством фотографирующую происходящий фестиваль.