Вечером понедельника я достал свои старые учебники по младшим классам и с удовольствием презентовал их Химари. Ее лицо в этот момент надо было видеть. Или сфоткать. Мол, милорд, вы совсем с ума сошли? Мне что, все это прочитать надо?
— Не только прочитать, но еще и запомнить. Надеюсь, что ты не опозоришь славное имя клана Амакава.
— Да, милорд…
По-видимому, у бакэнэко имелись иные планы на вечер, я же засел за свои выданные учебные материалы. Ох, в средней школе количество теории увеличилось в несколько раз. Так что Химари ничего не оставалось, кроме как усесться рядышком с книжкой в руках. Где-то через час кошка неожиданно подорвалась, растопырила руки в стороны и грозно замяукала-зарычала. Я немного испугался — походило на тот недавний приступ. Но все оказалось несколько иначе.
— Ня-уе! (черт!) Не могу… Не могу больше, милорд. Ни-уе. (простите).
После этих слов Химари распахнула окно и сиганула вниз с третьего этажа. Вернулась бакэнэко минут через двадцать вспотевшей и тяжело дышавшей, будто пробежав многокилометровый марафон. После того, как она приняла душ, я заметил:
— Недолго ты продержалась.
— Ксо! Ня-уе! (черт!) Ксо!
Химари с ненавистью взглянула на учебник, вздохнула и обреченно вернулась к чтению. Сидзука и Генри вместе со мной более-менее овладели знаниями на уровне младших классов Оммедзи Гакуэн. Теперь же, глядя на взявшуюся за ум бакэнэко, девочка с зелеными волосами прильнула ко мне сбоку, чтобы читать тот же текст, что и я.
— Змеюка, а ну отползи от милорда!
— Юто, она запрещает мне учится, нано.
— Химари, не отвлекайся. Сдашь экзамены Айкава-сенсей, тогда и будем заниматься вместе.
— Бе-е.
— Моя лоли, хватит ей свой длинный язык показывать.
— Ксо! Ня-уе… (блин…) — девушка пронзила учебник в своих руках пылающим взглядом. — Если бы тебя можно было победить в честной схватке!
По правде говоря, я был солидарен с Багровым клинком, но показывать ей дурной пример никак нельзя. Никогда не был ботаником, но сейчас от этих знаний может зависеть не просто мое благосостояние, а моя жизнь или жизнь моих близких. Так что надо пересилить себя. О, блин, про воздух не стоит забывать. Я сосредоточился и попытался перевернуть страницу, используя весь свой немудреный запас магических сил аэро-стихии. Страница неожиданно надорвалась сверху.
— А, ня-уе! (блин!) — высказал я. Химари была слишком увлечена учебником, поэтому не заметила моей попытки скопировать одно из ее любимых выражений. — Генри!
— Да, сэр? — появился из воздуха книжный дух.
— Сможешь срастить страницу?
— Да, это займет не более минуты.
Постепенно и к Химари все привыкли. Вела себя Багровый клинок на людях сдержанно, изображая преданного вассала. За исключением некоторых случаев моего общения… с противоположным полом. Девушки пугались неожиданно появившейся темной кошачьей ауры рядом и спешили покинуть меня. Только Мейко и Аяко нэко хоть как-то терпела. За Минами и сестрами Кавахару следила, будто они мои самые страшные враги. Самое удивительное, что и к Седзо-сан бакэнэко относилась более чем прохладно. Неужто и в «ледяной королеве» усмотрела конкурентку?
Я же хоть и пытался оказывать знаки внимания разным девушкам, но мысли мои постоянно возвращались к Химари. Это словно наваждение какое-то. Ну ладно, если не принимать во внимание ее выходку с Чеширом, я был бы не прочь начать отношения. По правде говоря, я давно уже склонялся к мысли, что хозяин Подмирья что-то сделал с бакэнэко — слишком сильно ее поведение изменилось. Нет, не так. Я хотел бы поступать сам, без влияния извне. То есть, если бы «выбора» не было, но я бы все равно влюбился в нее — что ж, так тому и быть. Сейчас же я хотел освободиться от магических псевдо-чувств. После Седзо-сан я подошел к пожилому сенсею, который вел у нас защиту сознания. Вредный старикашка, который не особо ко мне благосклонен, однако в псимантии весьма искусен. Учитель удивился моей просьбе и задумался:
— Думаю, это возможно, Амакава-кун. То, что ты сам желаешь избавиться от «выбора» очень поможет при лечении.
— Вот как.
— Я вижу, ты еще сомневаешься. Приходи ко мне, когда определишься.