Постепенно народ разной степени человечности разошелся по комнатам. Я поискал ауру Химари, заглянув и в ее комнату, с благородной целью нарушить наш родовой девиз, но аякаси куда-то слиняла. К слову, обставлено жилище Багрового клинка Ноихары было по-спартански: стенной шкаф с одеждой и футоном, комод, подставка для меча, принадлежности для ухаживания за Ясуцуной и большая когтеточка в углу.
На вопрос, извинился ли Мурабито, встретившаяся мне аякаси чашки покраснела и ответила положительно. Вообще, выглядела Челси-сан немного осоловелой.
— Господин, и-к, простите Лизлет, я… такая эгоистка, и-ик. Совсем не думаю о господине…
— Лиз-тян, не знаю, что ты там себе напридумывала, но это нормально, когда у каждого из нас есть свои интересы, понимаешь?
— Спасибо, вы лучший господин! И-ик!
Допытываться подробностей о странном состоянии аякаси не стал — я же не Маки-сан. Лизлет напоила меня сладким чаем с молоком, и я отправился спать, несолоно хлебавши.
Лизлет Эл Челси еще не успела завести доверительных отношений с кем-либо из вассалов Амакава. Хоть и старалась поладить, но Кайя продолжала разговаривать с ней отстраненным тоном исключительно по домашним вопросам. Единственная, кто хорошо общался с горничной, была Айя. По крайней мере, дух письма ни разу не отнеслась к Лизлет негативно и не обзывала глупой. Мысли о случившемся с Мурабито не давали чашке покоя, и она решила попросить совета у Айи. Однако аякаси конверта оказалась поглощена сражениями в виртуальном мире, поэтому горничная Амакава решила хотя бы напоить ту чаем. Не то, чтобы еда и вода были жизненно необходимы для цукумогами, но совсем без них было плохо.
Чуть ранее в дом Шино-сан, продавца из "Сумчатого рая", ворвалась весьма бодрая особа аякасско-женского пола и принялась среди ночи выпрашивать театральный костюм, что должен сразить милорда наповал. Мужчина поначалу отпирался, но на помощь духу кошки пришла его жена, поэтому бакэнэко уходила с желаемой добычей.
Милорд уже заперся в комнате, и опоздавшему вассалу только оставалось посетовать на жизненную несправедливость и приставучую экзорцистку, что отняла столько драгоценного времени у главы клана. Ломиться внутрь Химари не решилась, прекрасно помня, как милорд отреагировал на попытку Ринко побеспокоить его ночной покой. Аякаси чувствовала себя крайне уязвленной: она не понимала некоторые слова и намеки, которыми обменивались охотница и современная цукумогами Элис с милордом. Дедушка Генноске всегда недолюбливал технику и новые молодежные словечки, и нещадно ругал Багрового клинка Ноихары за любую лишнюю фразу на приемах с представителями других кланов или влиятельными торговцами. Переучиваться было сложно, но ради милорда упорная кошка была готова и не на такое. Ведь с новомодным смартфоном она смогла справиться. Точно! В голову Химари сразу пришла та, кто помог ей разобраться с техникой, и кошка решительно направилась на улицу.
В один прыжок бакэнэко запрыгнула на крышу и неспешно проследовала к натянутому от дождя тенту, который предотвращал попадание влаги на дорогой компьютер:
— Айя, чашка, привет! Как… э-э, игра?
— Рейд проходит неплохо, — проговорила аякаси конверта, ожесточенно щелкая мышкой. — Ты что-то хо… — тут фугурумо повернула голову и оценила роскошный розовый наряд Химари. — Почему ты одета в костюм медсестры?
Оками Гинко до последнего сражалась за право ночевать подле Хозяина, но Шидо решительно выставил аякаси за порог и запер дверь. Волчица немного послонялась по дому, после чего вышла наружу, чтобы поглядеть на луну. Если не было полнолуния, то месяц в небе всегда действовал успокаивающе на нее. Заметив знакомые ауры, оками быстро запрыгнула на крышу и увидала кошку в странном розовом наряде, чашку с большим термосом в руках и конверт за компьютером.
— …Почему ты одета в костюм медсестры?
— То для милорда, — ответила бакэнэко. — Чашка, а ты что здесь забыла?
— Я пришла спросить совета, и-ик…
— Ты что, пьяная?
Гинко с интересом подошла к Лизлет и внимательно обнюхала, после чего вынесла вердикт:
— Саке не пахнет.
— Ни-никакого саке! Я просто… просто… просто пила зеленый чай! — словно бросаясь в омут с головой произнесла горничная.
— Ох-хо. Что это у вас произошло с индюком Мурабито? — ухмыльнулась Химари.
— Мурабито-сан не индюк, и-ик. Он очень благовоспитанный, только иногда бывает резок… В качестве извинений я попросила его выпить моего черного чая… Он выпил и похвалил… А потом предложил мне выпить зеленого. Ии-к!