— Да, Саватаро-сан? — послышался спокойный мужской голос.
— Рюноске-сан, ни за что не догадаетесь, кто сейчас был у меня в кабинете!
Эх, сразу на ум пришел император с его отношением к бюрократии. Если уж первому лицу государства приходилось тяжко, что говорить о пусть и не совсем простых, но все-таки смертных. Оформление бумаг заняло около двух часов. Вопрос с моей прежней школой обещали решить, так что я стал отчасти переведенным учеником. Небольшая очередь из поступающих разных возрастов встретила нас: заинтересованными взглядами, короткой истерикой, моментальным побегом и абсолютным пофигизмом. Я произнес короткую речь, чем успокоил будущих охотников и их родителей, правда, сбежавший так и не появился. Что поделать, основная часть юных магов была слабее даже Сидзуки, и внезапная встреча со своими кровными врагами прямо в центре школы выбивала одаренных из колеи. Еще одна девочка некоторое время переводила взгляд с Сидзуки на Химари и Генри, пристально всматриваясь. Как неожиданно у нее из носа пошла кровь, и она вырубилась. Пришлось тащить ее в больничное крыло. По пути немного познакомился с планом школы благодаря Маки. Мысли сделать все без аякаси я отогнал прочь. Раз уж я поставил перед собой задачу успешно внедрить их в человеческое общество, нельзя пасовать перед такой мелочью.
В очереди я почитал устав школы оммедзи. Меж стандартных правил поведения встречались и такие, как: пресловутый запрет на аякаси выше D ранга, запрет на самостоятельное колдовство без присмотра преподавателей выше C ранга, запрет на колдовство вне специально оборудованных помещений выше B ранга, полный запрет на колдовство SS ранга (что за хрень с этими рангами вообще?). Вкупе к недопустимости вражды на межнациональной или межрасовой почве добавили также межклановую и межмагическую. Типа мой "свет" круче твоей "тьмы", что ли? Солидную часть устава составлял дуэльный кодекс с кучей правил и нюансов. Разрешение на дуэли стало для меня новостью. Маки пояснила, что так закаляется дух соперничества и обеспечивается практика. Вдобавок, каждый семестр еще и турниры специальные проводят. Сама охотница в свое время до финала ни разу не добралась, а вот Шидо когда-то входил в двадцатку лучших.
Пришлось подписать несколько стандартных бланков на посещение школьной территории аякаси и принятие мной ответственности за их действия. Наконец мне выдали кучу бумаг и направили на "процедуру определения магического потенциала". Полупустое темное помещение с высокими потолками выглядело мрачновато. Особенно этому способствовала огромная пентаграмма на полу, испещренная множеством символом и иероглифов.
— Подойдите ко мне, — произнесла немолодая женщина в очках, принимая бумагу у меня. — Амакава-сан… однофамилец? Ладно, давайте руку.
Я выполнил требование. Женщина приложила к среднему пальцу бумажку, от которой слабо тянуло магией.
— Ай! — палец неожиданно кольнуло.
— Терпи. Не то в охотники не возьмут.
Бумажка быстро напитывалась кровью.
— А что, могут не взять? — уточнил я.
— Если ты нигде ранее не обучался — вполне. Возраст уже не тот. Настоящего экзорциста воспитывают с детства.
— Из меня и впрям плохой экзорцист. Я слишком симпатизирую аякаси.
— А вот эту дурость ты брось! — строго сказала сотрудница. — С такими принципами о Великих кланах или императорской гвардии можешь забыть!
— Забыл бы с радостью, вот только про меня никто не забудет, — пробормотал я еле слышно.
— Одну каплю в центр рунического круга. Постарайся успокоиться и не сопротивляйся. Иначе показания круга будут недостоверными. Ясно?
— Да.
Я быстро выжал красную каплю и окропил пол моей родной кровушкой. Какие-то темные ритуалы прям. Хорошо хоть в договоре на обучение не заставляли расписываться кровью. Однако двести восемьдесят тысяч франклинов в год — это весьма существенно. А ведь мы даже еще программу обучения не составили. Может, я вообще буду заочно учиться?
Пентаграмма, или рунный круг, как его обозвала женщина, засветилась нежным фиолетово-розовым цветом и потянулась ко мне. Я подавил инстинкты, заставляющие меня выставить покров света, и смирился с обследующим заклятьем. Непередаваемые ощущения, напоминающие периодами то щекотку, то осязание камешка, застрявшего в ботинке, то пробегающий холодок.
— Хорошо, можешь сойти с круга.
Я с интересом следил за движениями работницы школы, краем сознания отслеживая перемещение знакомой ауры. Вот холодные пальчики обвили мою руку, приподняли ее и поднесли ко рту.