-Я полон сюрпризов. А что до моих дел, тебя они не касаются. Ведь как ты сама сказала, мы враги. Так что вместо копания в моем прошлом и настоящем советую обратить внимание на арену. Следующий бой наверняка станет весьма занимательным.
Словно в ответ на его слова на арене будто сама собой возникла полупрозрачная женская фигура. Несуществующая шерсть на загривке оборотня невольно вздыбилась. От призрака ощутимо веяло холодной недоброй магией. Однако при всем при том воин не мог не признать, что при жизни девушка наверняка слыла самой настоящей красавицей. Ее белое словно бы высеченное из мрамора лицо не было просто красивым. Оно было совершенным, а ниспадающие на плечи длинные пепельные волосы выгодно оттеняли его, еще более тем самым подчеркивая красоту безупречных черт. Одет призрак был в длинное темное платье строгого покроя, выполненного явно из дорогой ткани. Да и вообще во всем облике девушки явно прослеживались следы благородного происхождения.
А вот ее противником оказался никто иной как старый знакомец оборотня. Мэтр Римал, покряхтывая словно немощный старик, неспешно поднялся на арену, и пару раз деловито встряхнул руками, разминая кисти. Его облик казался на редкость беспечным, словно бы мастер вышел не на смертный бой, а готовился к привычной рутинной работе с различными склянками и ретортами. Впрочем, оборотня не мог обмануть этот притвор. Алхимик был на редкость опасным противником. Жестоким, изворотливым и донельзя хитрым. Наверняка и на этот бой он припас для своего крайне неудобного и неприятного соперника пару тройку неприятных сюрпризов.
Меж тем гонг прозвучал, и рот баньши тотчас же разверзся в жутком безмолвном крике.
***
-Как думаешь, это ожерелье пойдет к моему подвенечному платью? – молоденькая юница лет восемнадцати в ослепительно белом платье кокетливо вертелась перед девушкой постарше, одетой в элегантный темный костюм для верховой езды.
-Отчего нет, диаманты всегда в моде. – Пожала плечами вторая. - Вот только не припомню этой безделки среди папиной коллекции. Где ты ее взяла?
-В фамильном склепе. – Ничуть не смущаясь бесхитростно ответила девица, глядя на сестру честными наивными глазами юности.
-Ты же знаешь, что отец запрещает нам туда ходить. – Нахмурилась старшая.
-Ну, ты же ему не скажешь, Эванжелина, ведь правда? – юница просяще заглянула в глаза сестры.
-Кажется, я видела похожее у надгробия прабабки. Она была могущественной ведьмой, в ожерелье могла остаться недобрая магия…
-Ой да брось, все это глупости! Сколько уж лет прошло! А батюшка все равно не разбирается в украшениях, да и глазами стал слаб… Так как сестрица, выручишь? Замужество ведь бывает раз в жизни! Так хочется быть самой красивой на собственной свадьбе…
-Ладно, уговорила. – Сдалась старшая. - Но после вернешь его назад, поняла? Иначе отец будет в ярости.
-Поняла, поняла! – радостно закивала девушка. Она порывисто обняла сестру и чмокнула ее в щеку. – Вот увидишь, нашу свадьбу надолго запомнят! Сэр Пит, он такой красивый, мужественный…
-Ты мне о нем уже все уши прожужжала, Энель. – Ворчливо отозвалась Эванжелина. – Неужели нет других тем для разговора?
-О чем, например? О саблях и лошадях? – Капризно надула губы Энель. – Ты днями пропадаешь в конюшне или машешь клинком, а на парней даже не смотришь. Иногда мне кажется, что тебе следовало родиться мужчиной.
-Мне и самой порой так кажется. – Угрюмо пробормотала старшая. – Ладно, недосуг мне тут с тобой, пойду я, а то Пепельный уже заждался. – С этими словами Эванжелина круто развернулась на каблуках и вышла вон из роскошной, почти кукольно обставленной комнаты младшей сестры.
***
Зал приемов замке графа Дисбора был по случаю тщательно отмыт и украшен. Рачительные слуги (а иные у графа не задерживались) вносили в зал длинные дубовые столы, на которых тотчас же возникала аппетитно пахнущая снедь способная удовлетворить любой даже самый тонкий и изысканный вкус. Наконец, когда все было готово, распорядитель официально объявил о начале пира. Гости, до того свершавшие неспешный променад меж верандами и оранжереями графского сада потянулись внутрь, почтительно раскланиваясь со стоявшим подле входа графом – немолодым, но подтянутым мужчиной в дорогом сюртуке.