Тщательно вытерев натекшую лужу на полу и наведя порядок, бывший ученик подмастерья отпер сундук, вытащил из него массивную серебряную цепь с медальоном в виде причудливой изогнутой трубки-змеевика и медленно, наслаждаясь торжеством момента, надел ее себе на шею. На людях так ходить пока, конечно, не получится, ведь он не заслужил еще звание мастера. Однако за этим дело не станет. Однажды, юноша чуял это всем своим естеством, он, безродный сирота, сумеет не только сравниться во влиянии с самыми уважаемыми и почтенными мастерами алхимии, но и подняться намного, намного выше…
***
-Сколько еще? – высокий человек могучего сложения в массивных золоченых латах сумрачно глядел на втянувшегося в струнку рыцаря в доспехах попроще.
-Около суток, милорд. Разведчики доложили что замок окружила большая армия нежити. Люди взволнованы…
-Иначе и быть не могло. – Криво усмехнулся паладин. – Отродье тьмы трясется за собственную шкуру, оттого и стянуло к своему логову всех кого смогло… Командуйте привал, Эдгар. И дайте понять воинам что причин для паники нет. Мы с братьями сумеем найти управу на некроманта и нечестивых созданий.
Эдгар коротко поклонился и направился к офицерам раздавать указания. Если у него и были сомнения относительно озвученного паладином, он предпочел держать их при себе. Лей ди Эргон, старший паладин света и по совместительству командующий походом в земли тьмы слыл очень жестким человеком, крайне не любящим чтобы в его словах сомневались. Вообще в последние века Орден Света довольно прочно обосновался в этом мире, перебив практически всех последователей темных сил. Те, что оставались, были слишком слабы и таились на задворках обитаемой ойкумены, стараясь лишний раз не высовывать нос. И кого же было удивление высших иерархов, когда на востоке в одном из княжеств нежданно негаданно объявился некромант. И какой! Буквально за считанные дни он сумел полностью подчинить себе все прилегающие земли, убить законного владетеля вместе со всей семьей и объявил себя единоличным правителем, наглухо закрыв границы.
Естественно подобное не могло пройти безнаказанно, тем паче что покойный князь приходился родственником сразу нескольким королям прилежащих земель. И те, разумеется, не замедлили выделить собственные отряды, пополнившие войско ордена чтобы избыть зарождающуюся угрозу раз и навсегда. Да, что и говорить, войско собралось более чем внушительное. По самым скромным прикидкам не менее пятидесяти тысяч. От походных шатров и палаток рябило в глазах. Мэтр Римал поморщился, когда солнечный блик, отразившийся от щита одного из рыцарей угодил ему прямо в глаз. Все-таки как ни крути любят орденцы шик и помпезность, вон и латы у них так и сверкают несмотря на тяжелые походные условия. Сам же мэтр предпочитал тень и незаметность, потому и шатер у него был вполне под стать. Серый, скромный ничем не выделяющийся. Но из добротной плотной ткани, которая в случае прекрасно защитит от дождя и холода.
Немало воды утекло с тех пор как безродный забитый сирота нашел в себе смелость взять собственную судьбу в свои руки. Сперва пришлось нелегко. Остальные мастера в его родном городе не шибко то спешили принять парня в свой круг. Во-первых, он был слишком молод если не сказать мал, а во-вторых, смерть мастера Эврона многим казалась какой-то уж чересчур спонтанной, тем паче, что тот был здоров как бык и никогда не жаловался на какие-либо недомогания. Но домыслы и догадки к делу не пришьешь, и в итоге общество оттаяло, позволив Рималу занять в нем свое пусть не слишком высокое, но вполне себе комфортное место. Впрочем, к тому времени ему уже было совершенно плевать что о нем думают люди. Те убийства раз и навсегда изменили его, показав, насколько хрупка человеческая жизнь и как легко можно достигать поставленных целей если ты не связан скрепами убогих норм морали и нравственности.
Мэтр Римал довольно усмехнулся, вспоминая. Труп недотепы Трума он тогда выбросил в подворотню, сперва проделав в груди колотую рану кинжалом, чтобы у стражи не возникло лишних вопросов. А так… типичное ночное ограбление, да и погиб то всего один щенок без роду-племени. В городских трущобах вполне себе обычное дело. Сам же Римал после вел себя тише воды, ниже травы. Усердно работал над заказами, которых сперва было не слишком много, и параллельно учился. Много, жадно, с неистовой страстью. Алхимия захватила все его существо целиком и полностью. Ему хватило ума не показывать своих истинных способностей остальным коллегам по цеху, также был он достаточно умен чтобы не якшаться с бандитами любых мастей. О подобных связях ведь все равно рано или поздно становиться известно властям и тогда итог один. Петля или плаха. В зависимости от того насколько провинился. Нет он был крайне, можно даже сказать, болезненно осторожен. Постоянные побои и страх, в котором он жил многие годы, приучили его просчитывать свои действия на много шагов вперед, и потому люди, так или иначе перешедшие ему дорогу, однажды просто умирали при весьма странных обстоятельствах. И, естественно, ни одна даже малейшая улика даже косвенно не могла указать на него.