Геор, так звали илота, молча ожидал приближения противника. Он прекрасно понимал, что справиться с «железным лбом» у него нет практически никаких шансов, но это его совершенно не волновало. Почти десять лет жизни в качестве сартского раба отучили его испытывать страх перед чем-либо. Нет, сарты не издевались над своими пленниками подобно оркам или сархалионцам, но вот как только раб старел или по какой-то другой причине лишался возможности работать, его хладнокровно убивали, словно отжившую свой век скотину.
Вот и в этот раз, видя, что старый Тром подвернул ногу, какой-то молодой сарт не стал долго размышлять и попросту пронзил его своим копьём. При виде этого зрелища нервы Геора, наконец, не выдержали и он высказал стальноголовому ублюдку все, что он думает о нём и его проклятом Атоном народе.
Сарт, спокойно выслушав всю его гневную тираду, в ходе которой Геор весьма нелестно отозвался не только о нём самом, но также и о его отце и матери и вообще всех его родственниках вплоть до двенадцатого колена, абсолютно ровным тоном, в котором, однако, слышалась едва сдерживаемая ярость, предложил невольнику подтвердить свои слова при помощи клинка.
Геор, не долго думая, согласился. Он прекрасно понимал, что после всего сказанного им сарт так и так не оставит его в живых и потому решил попытать счастья в поединке….
Противники медленно сближались. Невольник понимал, что в открытом столкновении у него нет абсолютно никаких шансов против сарта, который был намного моложе и сильнее его, и, потому, решил пойти на хитрость.
До того, как стать рабом, Геор почти десять лет отрубил наёмником и побывал практически во всех уголках необъятной империи света, и, потому знал, с какого конца браться за меч (или, в данном случае копьё), но вот противостоящий ему сарт об этом даже не догадывался, поскольку Геора повязали в родной деревне вместе с остальными мужиками, и он тогда даже не успел обнажить оружие, и вот на этом-то невольник и решил сыграть.
Проведя неумелый выпад, который «железный лоб» отбил безо всякого труда и с явным презрением, Геор вдруг неожиданно собрался и молниеносно провёл повторный удар, вложив в него всё своё умение, выработанное долгой жизнью среди наёмников и всю свою ненависть к бессердечному ублюдку, убивающему стариков.
Невероятно, но этот удар достиг своей цели и пробил горло молодого сарта, который оказался настолько самоуверенным, что даже не стал надевать шлем. «Железный лоб» ещё успел, прежде чем рухнуть на землю, инстинктивно отмахнуться своим клинком, и Геор покатился по земле с рассечённой щекой, но эта рана не была смертельной или даже хоть сколько-нибудь опасной, поскольку лезвие лишь слегка задело кожу и не было отравлено.
Сарты застыли с разинутыми ртами. До них никак не могло дойти, что только что на их глазах их товарища убил какой-то невольник.
-Что здесь происходит? Почему вы не на учениях? – Суровый голос сотника Церроса моментально вернул молодых сартов в реальность.
-Этот человек вступил в поединок с Терросом, командир, и победил … честно. – Оргелос, находившийся среди молодых сартов твёрдо взглянул в глаза сотнику.
-Так ли это? – Церрос сурово оглядел опустивших головы «железных лбов».
Те нехотя склонили головы в знак согласия.
-Понятно…. Ну, что ж, раз так, то этот человек заслужил свободу. Пусть все знают о том, что мы, сарты, ценим и уважаем мужество и боевой дух даже у своих врагов…. Эй, ты! – Окликнул сотник растерянного Геора. Ты свободен. Можешь идти на все четыре стороны…. А вы чего застыли? Бегом на учения! … Оргелос! Ты останься…. Вот что, Оргелос…. – Церрос уставился на юношу испытующим взглядом. – Ты сейчас пойдёшь за этим илотом и, … в общем, никто не должен знать, что какой-то раб сумел одолеть одного из сартов. Ты хорошо меня понял?
-Не вполне, командир….
-Проклятие! Что ж ты такой непонятливый! Убьешь его и вся недолга! Только сделай это так, чтобы никто ничего не видел. Пусть невольники думают, что его убил кто-то из них самих…. Кстати, больше никто из илотов не видел этого поединка?
-Да вроде бы никто, командир….
-Вот и хорошо. Выполняй приказ.
-Я не стану этого делать.
-Что ты сказал? – Теперь голос сотника звучал намного более сурово.
-Я сказал, что не буду выполнять этот приказ. Он противоречит моим убеждениям и понятиям о чести.