-Ну-ну….
При ближайшем рассмотрении оказалось, что разбойник не соврал. Возле входа в пещеру действительно обнаружился только один головорез … а, точнее его труп. Рядом с трупом неподвижно лежал странный зеленокожий воин с перебитым запястьем отдаленно похожий на орка, но более изящного сложения и с гораздо более правильными чертами лица.
-А это ещё кто такой? – Рявкнул Самхейн, указывая на находящегося без сознания воина.
-Так это … пленник наш … дриада… зелёный ублюдок…. Мы его, суку, хотели живьём сжечь, да, жаль, не успели…. – Головорез злобно сплюнул и с ненавистью уставился на лежащего воина.
Надо сказать, причины для ненависти у разбойника были. Дриады вообще, скажем так, не пользовались особой любовью у других рас из-за своей чрезмерной жестокости. Всякого, кто осмеливался оказаться слишком близко от Дивного леса, вернее от той его части, которая принадлежала им, ждала ужасная участь быть пойманным и замученным до смерти различными изощрёнными способами, придуманными сынами леса для умерщвления своих пленников.
Ко всему прочему добавьте тот факт, что Лотос (а именно так звали пленного воина), прежде чем быть пойманным умудрился убить троих товарищей пойманного Самхейном головореза, и вы получите полную картину того какие «тёплые» чувства испытывал разбойник по отношению к дриаде.
-Смотри, у него запястье перебито. – Вмешался в разговор Оргел. – Надо бы перевязать….
-Не надо, так заживёт…. – Отозвался слабым голосом неожиданно пришедший в себя пленник. – Через три дня буду как новенький…. У нас дриад сильная регенерация, не то, что у вас людей….
-Реге… что? – Недоумённо переспросил сарт.
-Восстановление тканей, заживление ран. – Со знанием дела пояснил оборотень. – Сильная регенерация говоришь? – Насмешливо переспросил сын Херреи. – Вот – Самхейн неторопливо сделал разрез на запястье кинжалом, позаимствованным у своего несостоявшегося убийцы, который тотчас же затянулся. – Вот это – чудовище, по какому-то недоразумению принявшее облик человека, помахало зажившей рукой - сильная регенерация, а у тебя, так одно название. – Оборотень насмешливо уставился на дриаду, довольный произведённым эффектом.
-Кто ты? – Поражённо выдохнул Лотос.
-Кто я? О, это долгая история….
Глава седьмая. Ис Сай Ши.
-… Слушай, Лотос, а почему вы так ненавидите другие народы? Что плохого они вам сделали?
-Ну, вообще, мы, дриады считаем деревья живыми существами и относимся к ним соответственно, и по сему те, кто занимается вырубкой лесов для нас всё равно, что убийцы.
-То есть, если я сейчас разожгу костёр, ты кинешься на меня с кулаками? – Насмешливо спросил Самхейн.
Трое молодых людей, если, конечно можно было так назвать дриаду, который разменял уже вторую сотню лет и выглядел юным только внешне, удобно расположились на лесной поляне неподалёку от ручья и неспешно беседовали.
-Ну, вообще-то, честно говоря, я не вполне разделяю взгляды своих сородичей, те не стали бы даже разговаривать с вами и убили бы при первой возможности. Именно поэтому я и покинул Дивный лес….
Покинув Дивный лес, Лотос решил немного постранствовать по миру. Будучи в свои относительно молодые годы уже мастером меча «зелёный лист», что считалось очень почётным званием, он имел на это право. Понимая, что при своей внешности ему не стоит бывать на виду, дриада старался путешествовать по ночам и носить глухой капюшон, скрывающий лицо, однако этот маскарад не обманул одного чересчур наблюдательного гинорского трактирщика, у которого он остановился в ту злополучную ночь, когда его схватили стражники князя Гортеуса.
Поимка дриады, да к тому же ещё и мастера меча, событие далеко не заурядное, и по сему пленника тут же поместили в специальную клетку, примыкающую к гладиаторской арене, на которой сражались бойцы на потеху местной знати.
Победив в трёх поединках лучших воинов князя, Лотос стал считаться очень перспективным бойцом, который к тому же ещё и приносил своему хозяину стабильный доход, но затем Гортеусу поступило предложение от графа Григориуса продать дриаду в обмен на слиток мифрила величиной с человеческую голову.
Взвесив все за и против, Гортеус решил принять предложение графа и продал ему своего лучшего гладиатора. Теперь Лотос сражался уже для шаргрского властелина, который выпускал на него порой не только людей, но и диких зверей, заставляя его драться с ними голыми руками.
Затем его снова продали, на этот раз санарисскому князю, однако на этот раз его тюремщики проявили беспечность во время перевозки, и Лотосу удалось бежать, убив восьмерых стражников, но сам он при этом был ранен.