Покончив с чудовищем, оба воина напряжённо уставились друг на друга. Первым не выдержал напряжения путник и что-то спросил Самхейна на незнакомом языке.
-Нет, так дело не пойдёт, брат. – Ответил тому оборотень. – Говори на Всеобщем, не понимаю я твою тарабарщину.
-Откуда ты, воин? – Как оказалось на Всеобщем путник говорил довольно хорошо практически без акцента, что, в общем-то, не было особым достижением, поскольку, забегая вперёд, скажу, что все языки Силоры принадлежали к одной из двух огромных лингво-групп и восходили либо к языку эрдов (язык эльфов, Всеобщий, язык Героны), который отличался изрядной красотой и мелодичностью, либо к языку хорхов[1] (языки гномов, сархалионцев, джеррийцев и харбрадцев), который, как вы уже, наверное, догадались, особой мелодичностью и красотой не отличался. – Я повидал на своём веку много стран, но никогда прежде мне не доводилось встречать такого могучего воителя как ты.
-Хм, спасибо за комплимент, ты тоже неплохо дрался. А что до вопроса, откуда я…. Да, отовсюду! Хотя родом из Мэртиса … вроде бы.
-Ты очень странный человек, но всё равно, спасибо тебе. Без тебя я бы не одолел эту тварь.
-Не за что. Всегда пожалуйста…. Слушай, а что ты вообще здесь делал?
-Вообще-то я не привык говорить о своих делах с первым встречным, - нахмурился незнакомец - но ты спас мне жизнь и поэтому…. Я хочу попасть в город Крон, говорят, это древнейший город этого мира и в нём таятся бесчисленные сокровища только и ждущие того смельчака, который дерзнёт их взять. Если хочешь, то можешь отправиться со мной…. Кстати, меня зовут Рамзан, я воин и самую малость поэт.
-Самхейн, воин и, как ты выражаешься, самую малость менестрель.
-О, ты не представляешь, как приятно встретить родственную душу! – Оживился незнакомец. – А то мои соотечественники…. В общем, они не отличаются большой любовью к поэзии. Особенно к моей.
-Что так?
-А ты послушай, может быть, сам поймёшь.
-Ну, что ж, давай. – Согласился Самхейн. – Поэзию я люблю.
-Вообще-то обычно я пишу на сархалионском, но вот это на Всеобщем…. – И Рамзан начал красивым проникновенным голосом.
Не знаю, кто и где сказал[2]
что наша жизнь несовершенна.
Коль жить давно ты опоздал,
Тогда, конечно же, всё верно.
Коль мучают же вас ханжи
Всё разговорами о Боге.
В ответ ты им тогда скажи,
где Он и кем ты стал в итоге.
Несчастный глупый мракобес
во тьме невежества заблудший,
В тебя безумья вторгся бес?
Считаешь мрак незнанья лучше?
Свет знаний, вот единый путь,
что всем откроется в итоге
Познать попробуй свою суть.
В себе, не в небе видя Бога.
-Твою мать! … Рамзан! – Восторженно рявкнул Самхейн – да ты не поэт! Ты, мать его, настоящий философ! Хотя конечно я бы поспорил с тобой по поводу света знаний и мрака незнанья…. По мне, так наоборот мрак знания и свет незнания, … но ладно, это всё лирика! И как тебя за такой вот стишок в твоём Сархалионе не казнили[3]?
-Чудом. Пришлось бежать. А до этого я однажды даже в самом Хатуме при дворе султана свои стихи читал…. Да было время…. – Рамзан задумчиво прикрыл глаза. - Может быть, и ты споёшь мне что-нибудь?
-Позже. Сейчас я думаю нам пора отправляться в путь, я тоже иду в Крон, меня интересует один артефакт, который по слухам там хранится.
-Что за артефакт?
-Сапфир Смерти, может, слышал?
-Один из Великих Камней древности…. Но я не знал, что он хранится в Кроне.
-В Кроне, в Кроне, не сомневайся…. Кстати, может быть, поменяемся оружием? А то эта дрянь – Самхейн указал на свою саблю – гнётся, как сопля, во все стороны, … в общем, не привык я!
-А зачем же ты ходишь с таким оружием?
-Да, видишь ли, я её у одного джеррийца отобрал, их там два десятка было…. В общем, я забрал лучшую.
-Ты в одиночку справился с двумя десятками? - Не поверил Рамзан. – Или с тобой был ещё кто-то?
Вот тут Самхейн понял, что сболтнул лишнего, но новоявленный товарищ вроде бы был порядочным человеком, поэтому он решил рассказать ему правду.
-Да нет, Рамзан, я был один. – Тяжело вздохнул сын Херреи. - Скажу больше, у меня даже не было при себе оружия.
-Как же ты их одолел?
-Видишь, ли, друг мой, … как ты относишься к оборотням?