-Что хочу, то и говорю, разве меня трудно понять? Челищев – скользкий человек, и чтобы прижать его как следует, надобно как следует порыться в его грязных тайнах.
Мужики синхронно скривились, но это меня не остановило.
-Слушайте, - скомандовала я, - у меня есть план.
17. Казачок засланный
План был прост, как мычание, – странно, что Андрей сам до него не додумался. Нам нужен был шпион на вражеской территории, агент под прикрытием.
-Такой человечек, чтобы сам сильно не отсвечивал, - поясняла я своим собеседникам, для наглядности помавая руками, - и при этом видел и слышал как можно больше. Ну у вас-то, господин Арбенин, таких в запасе должно быть с избытком.
Кавалер покивал с пониманием и пообещал представить выбранную кандидатуру на одобрение. Федора порешили оставить у нас – деваться ему все равно было некуда. Когда попросили о приюте дядюшку, объяснив, что Нагатин сбежал из-под крылышка Викентия, мой Алексей Матвеевич сразу согласился.
-От этого аспида ноги унести – святое дело, - заметил он, и распорядился, чтобы рыжему приготовили опочивальню.
Прощаясь со мной у выхода, Андрей все-таки попенял мне:
-Вы огорчили меня, Полина Дмитриевна.
-Чем же?
-Я надеялся, что вы все же отпишете мне, но…
Мое нахальное «я» на сей раз промолчало, и я, как могла мягче, ответила:
-Не обижайтесь, Андрей Петрович. Верьте мне, ежели я могла бы писать к вам – непременно сделала бы это.
Тут он решился высказаться яснее.
-Если вам угрожает какая-то опасность – я могу защитить вас.
-Откуда вы знаете, под силу ли вам такая защита?
Зря я спросила об этом. Арбенин нахмурился:
-Поверьте, мне многое под силу. И я…прошу вас позволить мне заботиться о вашей безопасности.
Мда, вот знал бы он, что я сама вполне могу за себя постоять. Но говорить об этом пока не стоит – он и так молодец.
-Позволяю, - тут уж Аполлинария не утерпела, - Если пожелаете еще чего-нибудь, скажите. Я всегда готова обсудить…ммм…интересные предложения.
-Не сомневайтесь, - фыркнул кавалер, - В неведении не останетесь ни единой лишней минуты.
При этом он все-таки слегка покраснел. И очень, очень быстро откланялся. А нечего пугать ухажеров, нахалка, не то так всех и распугаешь.
Вернувшись к себе, я остановилась перед зеркалом. Да, точно, мне не показалось: отражение все больше напоминало портрет Аполлинарии, выкупленный мною на аукционе, - кажется, лет сто назад. Глаза весло блестели, кудри отливали рыжиной, а движения из скованных и неуклюжих сделались свободными и плавными. Мое новое «я» нравилось мне, хотя иногда все еще немного пугало. А вот дядюшку не пугало ничто на свете.
-Я что подумал, Полинька. Насчет вашей задержки там…у Вещего. Думается, чем далее вы окажетесь, тем больше времени здесь проходит до вашего возвращения. Как снова отбудете, проверим, верно ли я догадался.
У меня просто камень с души свалился. Ведь и правда, вполне рабочая гипотеза: чем дальше нас заносит в поисках наследства, тем быстрее проходит здешнее время.
-Вы, дядинька, министерская голова, - восхищенно отметила я, продолжая бездумно рассматривать свое отражение, - вас бы ко двору, так, поди, высоко бы поднялись.
Мой дедок поморщился.
-Нет уж, голубка, уволь старика. Больно грязное дело этот самый политик. Бывал я наверху, да ничего хорошего там не видел. Кроме того, Фортуна переменчива – как вознесешься, так и сгинешь в один миг. Мне и на своем месте недурно.
Я только покивала – ну что тут возразишь? Главное, чтобы власть не заинтересовалась нами и нашими домашними секретами сама. Тем более, что теперь к ним прибавился еще и кукольных дел мастер Федор.
У нас в доме рыжий чувствовал себя вольготно. Перестал стесняться, ел и пил с неизменным аппетитом, ночными кошмарами не страдал. Иногда зыркал хитрым глазом на Акулину, но та вела себя с ним холодно и авансов никаких не давала.
В мире и покое прошло несколько дней, а потом Арбенин привел нам «кандидата в шпионы». Увидев его, я расхохоталась. Предъявленная нам персона абсолютно не годилась в засланцы по одной причине – уж слишком она была заметна. Это был стройный малый ростом несколько повыше среднего, с бархатными карими очами и родинкой в правом уголке пухлых губ.