Не иначе, черт дернул меня за язык, потому что я беспардонно выпалила:
— Как…недолго? Но я же…
— Поверь, дитя мое, я и без того провела слишком много времени в этом воплощении. Круг перерождений давно ждет меня. Не грусти. Мое время придет не сегодня. Мы еще успеем узнать друг друга. Но теперь нам пора. Нас ждут тайны и загадки, — она подмигнула мне без тени печали.
Должно быть, длинная жизнь действительно утомляет, если даже страх смерти уходит в сторону.
У Аксаковых нас встретили как дорогих гостей. Хозяйка дома, дама хоть и молодая, но вида несколько сурового, увидев бабку, немедленно растеряла всю строгость.
— Ольга Вячеславовна, душенька, как чудесно, что вы пришли! Я все время Витиньке говорю, что без вас все не то, и духи почти не отвечают, и не ладится ничего. Верно, Витинька?
Красивый брюнет с лихо закрученными усиками солидно заметил:
— Все так, мадам Корсакова. Потусторонние силы определенно благоволят вам.
Комплименты не произвели на Ильгом ровно никакого впечатления. Она пожала плечами, слегка улыбнулась и подтолкнула вперед меня.
— Это внучка моя, Полина. Прошу любить и жаловать.
Тут я получила свою порцию любезностей, познакомилась с несколькими завсегдатаями салона (все они радовались появлению бабки не меньше хозяев) и мы прошли в комнату, где должны были проводить сеанс. Хоть я и не бывала в подобных местах прежде, именно так, по моим понятиям, и должно было выглядеть место встреч с духами.
Окна в комнате были наглухо завешены темными плотными шторами, посередине красовался круглый стол с тарелкой и разметкой буквами, стрелками и зачем-то числами. Повсюду стояли толстые черные свечи, пока не зажженные. Их зажгла хозяйка, обойдя помещение против часовой стрелки. Люстра под потолком погасла, затем участники сложили на специальный поднос все свои украшения и чинно расселись вокруг стола.
Мое место оказалось рядом с бабкой.
— Ничего не пугайся, — предупредила она. — Не все духи радуются, когда тревожат их покой. Смотри и слушай, ты можешь узнать что-нибудь полезное.
Сидящие за столом положили кончики пальцев на края блюдца, и хозяйка торжественно провозгласила:
— Дух Александра Пушкина, приди к нам.
Я еле сдержала неприличное фырканье. Странный выбор! С чего они взяли, что солнце русской поэзии почтит своим присутствием каких-то неведомых ему спиритуалистов? Между тем ведущая сеанса все повторяла формулу призыва ровным, монотонным голосом. Пушкин, как я и думала, не отзывался. Однако руки присутствующих по-прежнему упорно касались блюдца, в надежде на внезапную сознательность поэта.
Зато я внезапно ощутила нечто странное. В комнате вдруг стало холодно, как будто чье-то ледяное дыхание коснулось моих волос. Я аккуратно скосила глаза сперва в одну, потом в другую сторону. Нет, остальные ничего не чувствуют. А перед моими глазами, прямо за спиной хозяйки дома, соткалась прямо в воздухе каменная статуя. Грубо сработанная, с тяжелыми, неровными формами.
— Ты будешь говорить со мной, — объявила статуя, глядя куда-то в направлении меня.
35. Элемент Мироздания
Я нервно огляделась. Могла бы и не прятаться: все посетители салона до единого, включая мою бабку, как будто погрузились в анабиоз. Так что «Каменная гостья» кроме меня никому видна не была.
— Я готова, — лучше обозначить понимание ситуации, а то может и диалога не получится без звуковых сигналов с моей стороны.
По понятным причинам кивать статуя не могла. Она просто уставилась прямо мне в глаза, так пристально, что отвести взгляд я не смогла бы ни за что на свете. Оставалось почтительно внимать тому, что скажет мне это…изваяние.
— Следующая очередь моя, — я даже не успела сообразить, о чем речь, когда моя собеседница пояснила: — Твое последнее путешествие приведет тебя ко мне. Я отдам то, что ты ищешь, и расскажу, что тебя ожидает.
— А как мне выбрать проход? — вдруг задверье проигнорирует запросы изваяния, и не укажет мне, куда двигаться?