Когда создавалась каменная картина и мы подбирали к ней цветные камни, то не пришлось задумываться над тем, какой материал может быть использован для изготовления лепестков лотоса. Им мог быть только голубой халцедон, чистый и нежный, как юная невеста, входящая в торжественный зал дворца.
Глубокий нежно-голубой цвет сапфирина вызывал у многих положительные эмоции. Нас часто спрашивали, почему халцедон голубой? В самом деле — откуда у него такая редкая и весьма необычная окраска?
Природа окраски халцедона уже давно интересовала многих минералогов. Один из них, американец Дейк, связывал голубой цвет халцедона из Калифорнии с присутствием в нем органического вещества, ибо окраска его исчезала при нагревании. Другой американский исследователь, Лейтнер, предположил, что голубое окрашивание халцедона происходило под действием солнечной радиации. При этом он утверждал, что халцедон на поверхности имеет более интенсивную голубую окраску, нежели тот, который находится на глубине. Кстати говоря, это не подтвердилось нашими наблюдениями на монгольской земле: монгольский халцедон имел одинаковую степень окраски независимо от своего местоположения. Дело, по-видимому, было в другом. Известный минералог Дж. Дэна связывал возникновение голубой окраски с рассеянием света от присутствующей в халцедоне двуокиси титана в виде рутила и тончайших пылевидных частиц.
Природой голубой окраски монгольского халцедона заинтересовались сотрудники Минералогического музея им. А. Е. Ферсмана АН СССР в Москве. И мы предоставили им необходимый материал. Исследования, проведенные Г. П. Барсановым и М. Е. Яковлевой, дали неожиданно интересные результаты. По их данным, голубая окраска халцедона вызывается дисперсно рассеянным цирконом, содержание которого составляет 0.026—0.22 %. Это предположение вполне согласуется с данными исследований циркониевых красителей, которые используются для изготовления цветных циркониевых глазурей. Действительно, краситель, состоящий из двуокиси циркония и двуокиси кремния (в тех же количествах, что и в цирконе) и содержащий к тому же ванадат аммония и фтористый натрий, после предварительного обжига при температуре 800 °C становится голубым. Что же происходит? Разглядывая краситель под микроскопом, можно увидеть возникшие в нем кристаллы голубого циркона, цвет которого в свою очередь обусловлен вхождением ванадия в его структуру, что является следствием присутствия фтористого натрия. Итак, в конечном итоге необходим ванадий, окрашивающий циркон, который, в свою очередь, обеспечивает голубую окраску халцедона. Исследования доказали, что ванадий неизменно присутствует во всех образцах монгольского халцедона в количестве до 0.001 %.
Что еще сказать о голубом халцедоне-сапфирине?
В старинном тибетском трактате я нашел сведения о том, что сапфирин считается лечебным камнем, избавляющим от меланхолии и создающим хорошее настроение. Я охотно верю этому утверждению. Когда я смотрю на этот камень в серое ленинградское ненастье, то вижу в нем лазурное монгольское небо, вспоминаю своих друзей и сам не замечаю, как поднимается у меня настроение. Хвала голубому халцедону — подлинному камню радости!
Встреча у горы драгоценного пламени
«В дороге, особенно в дальней и трудной, человек обязательно что-то открывает, если не для науки, то для себя самого».
Памятный камень
Я люблю камень. Люблю той неиссякаемой и благодарной любовью, которая с юношеских лет захватила меня и не оставляет все эти долгие годы. Любовь к предмету своего труда необходима в любой творческой профессии, в профессии же геолога-самоцветчика без нее просто не обойтись. Это тот «компас земной», который ведет нас по жизни через радости и невзгоды, успехи и неудачи, мучительные сомнения, спады и творческие подъемы. Конечно, с годами наши чувства притупляются и мы становимся как бы заземленнее. Но если нас настигает равнодушие к своей профессии, если нас не влечет весной в экспедицию и мы не испытываем трепетного волнения, глядя на камень, то это верный признак, сигнал о том, что пора прощаться со своей профессией, какой бы желанной она не была прежде.