А что изменилось здесь с тех пор? Гоби не стала менее суровой, чем во времена Г. Н. Потанина и Н. М. Пржевальского. Время от времени она напоминает о своем крутом нраве ураганными ветрами, песчаными бурями, а зимой — и снежными буранами. Горе истомленному жаждой путнику, застигнутому непогодой вдали от спасительного колодца. Но такое теперь случается редко: в Гоби живут и работают араты, строители, геологи. Вместо одинокой нити караванной дороги здесь теперь десятки хорошо накатанных автомобильных дорог. Автомобиль прочно вошел в жизнь Гоби и вытеснил двугорбого «корабля пустыни» — на своем пути я не встретил ни единого транспортного верблюда. Верблюду повезло: он стал обычным домашним животным, таким как корова и як, дающим молоко, мясо и шерсть. А Гоби теперь можно пересечь вдоль и поперек на автомобиле.
Многие населенные пункты связаны с аймачными центрами и столицей авиалиниями. Менее двух часов нужно туристам, чтобы попасть на самолете из Улан-Батора к Трем Красавицам Гоби. Но лучше, на мой взгляд, преодолеть это расстояние обычным способом, по земле, если, конечно, есть желание по-настоящему узнать Гоби. И, ей-богу, даже серо-черный однообразный ландшафт, о котором пишут путешественники, может подарить любителям камня и знатокам природы немало интересных впечатлений и открытий. Во время наших частых остановок в Гоби я убеждался в этом не раз.
С каждым часом дорога уводила нас все дальше, в глубь Южной Гоби. Вокруг простиралась каменистая равнина без единого признака жизни. Но по-прежнему по этой бескрайней, мучимой вечной жаждой земле живым ручейком журчала дорога. И только в дороге было теперь наше единственное спасение и надежда. Позади остались сотни километров. После долгих часов езды на горизонте наконец-то показались контуры горной гряды сине-фиолетового цвета.
Горы — это спасители в пустыне. От них незримо веет прохладой и желанным отдыхом. Дашвандан пришпорил своего «железного коня», и он понесся по каменистому щебню, гулко стрелявшему в поддон машины. И вот горы все ближе, все резче обрисовываются в голубом мареве их контуры. Уже отчетливо проступают отточенные эрозией три островерхие вершины причудливой формы. Это и есть знаменитые «Гурвансайхан» — «Три Красавицы», давшие название и горной гряде, и цветущему оазису, раскинувшемуся у их подножия.
Лесистые склоны Трех Красавиц отсвечивают синим цветом, а примыкающая к ним равнина окрашена в изумрудно-зеленый тон. И, словно стайки белых лебедей, виднеются на равнине узенькие полоски юрт. А рядом с юртами светятся на солнце одно-двухэтажные домики розового, белого, и оранжевого цвета. Так дорога привела нас в Гурвансайхан — в самый удивительный оазис пустыни Гоби.
Однако мы не спешим в поселок; как магнитом нас потянуло к горам. Объезжаем поселок и останавливаемся у подножия гор.
Абсолютная отметка гор Гурвансайхан достигает двух тысяч метров! Высокогорье в пустыне, географический феномен со своеобразным микроклиматом и растительностью. В то время как на открытых подножиях гор, освещенных обжигающим солнцем, нестерпимо жарко, на синеющих склонах — тенистая прохлада: здесь настоящий лес. Растут ветвистые ивы и осины, и среди них белеют кудрявые, совсем русские, березки.
Легкий ветерок с гор, приятно освежая лицо, доносил неповторимый аромат деревьев, лесных трав и цветов. Помнится, в эту пору там стояла первозданная тишина, нарушаемая лишь глухим гулом, исходившим откуда-то из глубины гор.
— Это водопад шумит в пади Ягнятников, — пояснил мне Тумур, знаток здешних мест. — Что будем делать: махнем туда сразу или после отдыха в поселке?
— Давай сразу! Это и будет отдых!
Захватив рюкзаки и геологические молотки, наша маленькая группа, ведомая Тумуром, стала подниматься по лесистому склону возвышенности.
Наш путь к пади Ягнятников лежал через перевал с поэтическим названием Хухний дава, что в переводе звучит как Девичий перевал. И пока мы к нему шли, Тумур неторопливо поведал нам легенду о происхождении этого названия.
Давным-давно в горах Гурвансайхан жила одна красивая хухэн (девушка), любившая храброго, но бедного юношу. Но тут, как часто бывает не только в сказках, а и в жизни, появляется третий. Местный нойон (князь) решил взять красавицу в жены, а чтобы избавиться от ее возлюбленного, придумал коварный план. Вызвал нойон к себе юношу и приказал ему добыть орленка, чтобы затем приручить его к охоте. Юноша проник в падь Ягнятников, где гнездятся орлы, но, пробираясь по крутой скале к гнезду, сорвался и разбился насмерть. Избавившись от соперника, нойон решил силою овладеть девушкой и сделать ее своей женой. Спасаясь от преследований ненавистного старого князя, девушка решила бежать в горы Гурвансайхан. Достигнув перевала, она бросилась в пропасть, где незадолго до этого погиб ее возлюбленный. С тех пор этот перевал и носит название Девичьего.