Когда учитель заговорил, то почему-то не попросил включить планшеты и показать домашнее задание, как обычно:
– Я даю вам десять минут, чтобы написать ответ на вопрос: что самое ценное мы везём на “Пегасе”. Думайте, герои!
За его спиной на голографической доске включится таймер, а Максим Карлович продолжал смотреть на нас так же строго и, как мне показалось, немного печально.
Я долго не мог решить, что же ответить. Сперва подумал, что надо написать про селекционные сорта растений – мама много про них говорила. На Земле почти не осталось не заражённой почвы, чтобы их сажать. Потом я решил, что на нашей стороне знания – самые классные учёные полетели с нами. А ещё для каждого ведь может быть своя ценность. Для Бэт – её котёнок, для моей мамы мечта о цветущих садах.
Как трудно выбрать что-то одно! Это ведь всё важно. И эмбрионы коров, и селекционная пшеница, и технологии. И мамины мечты тоже важны – если их не будет, то не будет и будущего красивого города.
Я смотрел на затылок Яна. С таким мэром у нас вообще вряд ли будет что-то красивое. И о нём тоже будут говорить, как о герое? Снимут фильмы? И если мы не скажем, какой он был заразой, то кто скажет? И если мы такие трусы, то что в нас героического?
Тилинькнул таймер, Максим Карлович выводил на экран своего планшета наши файлы и бормотал про себя ответы:
– Синтезатор лекарств… хм. Надежда – да, это хорошо. Роботы… что ж…
Потом он остановился возле моей парты.
– Ты ничего не написал, – я думал, что он начнёт ругаться, но Максим Карлович вдруг спросил: – Ответишь устно?
Я вздохнул. Наверно, Ян меня потом побьёт. Точно побьёт! Ну и ладно. Зато, когда меня назовут героем, мне не будет стыдно.
– Ян сломал котёнка Бэт специально, – сказал я, вытирая мокрые ладони о штаны и надеясь, что мои пылающие щёки не слишком заметны.
– Ты хочешь сказать, что самое ценное – котёнок? – осторожно уточнил Максим Карлович.
Я мотнул головой и выпалил на одном дыхании:
– Я думаю, что Ян должен извиниться, а самое ценное – это наша правильность.
– Человечность, – поправил Максим Карлович, и только тогда я поднял глаза. Учитель мне улыбался.
Класс одобрительно загудел, а Ян весь покраснел, как сигнальный диод. Никто его теперь не выберет мэром, я так думаю.
Конец