И больно.
— Я бы с удовольствием, — выдыхаю, ведя носом по тёплой коже, от поясницы к шее, — но мы опаздываем.
Произнести этот здравый бред даётся с трудом.
— А сколько сейчас? — Мышь панически дёргается. Я отстраняюсь и неотрывно слежу, как она растеряно шарит ладонями под подушкой. — Десять?!
Садится рывком, перекрывая весь обзор на обнажённую грудь куском тряпки, что меня откровенно расстраивает.
— Мой будильник?
— Я его выключил.
Сверлит, будто я признался в убийстве.
— Ты… — она щурится. — Блин! Родители.
— Уехали.
— Уехали? — заторможено вторит. — И что ты им сказал?
— Дословно?
— Угу. — Злобный кивок. На что она злится?
Пожимаю плечами.
— Что понятия не имею, где ты. Я за тобой не слежу. Что собираюсь свалить через полчаса. И… пожелал им удачно пожарить шашлык и вдоволь потрахаться.
— Фу! — она осуждающе морщится и швыряет в меня подушку.
Лучше бы одеяло.
Усилием воли вместо подушки возвращаю броском её чёрное кружевное бельё. Она ловит, и одеяло падает, обнажая тёмно-розовые соски. На секунду. Мне мало.
Прикусываю губу и силком тащу себя к выходу: ещё пять минут — и я точно её выебу. Дёргаю ручку.
— Давай быстро в душ. Мы уже опоздали.
— Опоздали?! — с отдышкой доносится вслед. — Куда?
***
Закидываю куртку на заднее сидение своей драгоценной тачки и, выудив из бардачка солнечные очки, цепляюсь взглядом за подпрыгивающую из горизонта макушку.
Ей определённо к лицу весенний воздух.
На щеках алый румянец, в тон поблёскивающим в бликах солнца губам. Куртка распахнута, под ней на талии просвечивает бледная полоска кожи. Ритмично виляющие бёдра плотно обтянуты джинсами. А из-под ладони, прикрывающей лоб, я натыкаюсь на совершенный для меня по уровню дерзости прищур.
Предвкушаю допрос.
— А разве я не говорила, что не очень люблю сюрпризы? — она щёлкает ремнём и поудобнее ёрзает, убийственно миловидно косясь в мою сторону. Не говорила.
— А я говорил, что это сюрприз? — приподнимаю бровь.
— С каких пор мы стали общаться вопросами?
— Да с самого первого дня.
— Так и куда мы?
— Вот. Опять вопрос. — намеренно извожу Мышь и получаю какое-то извращённое удовольствие от неё, взвинченной и пребывающей в томном неведении.
Взгляды сталкиваются под урчание двигателя, и в кромешном молчании я выруливаю со двора, с достоинством принимая ещё пару десятков выстрелов в грудь бездонно-голубым взглядом.
— Оля просила тебя позвонить.
— Я уже.
— Умница.
Мышка показательно закатывает глаза на колющие свободолюбивые пятки рамки моего неотъемлемого контроля и, не успев открыть рта, отвлекается на разрывающийся в сумке смартфон.
— Прости, — беззвучно шевелит губами, чересчур вежливо, и принимает вызов.
— Да… привет… — на ещё минуту назад растерянном лице вспыхивает ослепительная улыбка.
— Боги, хватит. Я потом тебе всё расскажу. Ладно? Не-е-ет, — возмущённо тянет, мельком взглянув в мою сторону. — Я в порядке, правда.
Я тем временем сворачиваю на главную улицу и усилием воли стараюсь не слушать. Хотя бы не анализировать.
— Нет! — взвизгивает. — Твою мать, Полина! Мы что, всё забыли?
Полина. Досье: пол женский, 20 лет, подруга детства Анжелики Самойловой. Месяц назад, чуть меньше, рассталась с парнем-абьюзером. Всё, что знаю. Не густо.
— Я через месяц приеду и вправлю тебе мозги, поняла? — грозный тон. — В твоих интересах, Крыска, к этому дню его снова бросить.
Смеётся.
Мысли улетают к где-то по ту сторону света временно счастливому абьюзеру. У него ещё месяц. Сочувствую и одновременно солидарно жму руку… пока словосочетание «через месяц приеду» не встаёт навязчивой костью поперёк горла.
Мышь планирует лето провести не в Москве?!
Образ купальника, едва прикрывающего тело, ледяной воды и жаркого секса в номере дорогостоящего отеля — по капле стекает в небытие. Какого...?
— И я тебя. — безмятежным тоном пропевает Мышь. Со мной она так не любезничает. — До скорого, Крыска.
Поворотник раздражающе щёлкает на светофоре.
— Крыска? — не выдержав, начинаю допрос.
— Так исторически сложилось, — пожимает плечами.
Пальцы сами собой набирают ускоренный темп по рулю. Совершенно удачно на ум приходят события минувшей ночи: Мышь умеет сосать. До Москвы — практиковала в Калининграде. Заебись. Теперь она едет туда через месяц — пазл сложился.