— Поиграем? — неожиданно серьёзно предлагает он.
Я доворачиваю голову, в расплавленном карем взгляде ищу намёки на шутку, но кроме любопытной искры и расслабленных скул, не нахожу ничего.
— Вопрос — ответ, — поясняет.
— Поверить не могу, ты начал читать Карнеги «Как завоёвывать друзей»?
Подшучиваю, вспоминая книгу, которую подарила ему пару недель назад.
— Я её даже не открывал.
— Ладно, я первая. — чуть приподнявшись, откидываю прилипшие мокрые волосы в сторону, и как только его пальцы собственнически возвращаются на законное место на изгибе моей талии, расслабленно оседаю. — Отвечаем честно? — Кивок. — Даже на неудобные вопросы.
— В этом и смысл, — заключает Артём.
— Хорошо… — невесомо скольжу пальцами по глади воды. — Сколько у тебя было девушек?
— Одновременно?
— Ого. — чувствую, как мои брови бесконтрольно ползут на лоб. — Я не об этом, но этот факт интригует не меньше. Так сколько?
— Формально три. Фактически две.
— Это как? — требую разъяснений и, к собственному удивлению, кроме искреннего интереса, я не чувствую даже крошечной ревности. Сколько бы их ни было, он ведь здесь. Со мной.
— Третья перебрала с алкоголем, — поясняет Артём, ненавязчиво проглаживая синюю венку на моём запястье, — и когда дело дошло до неё, она уже храпела в отключке.
— Обидно, наверное? — понимающе хмыкаю я.
— Было бы хуже, если бы её стошнило. А так… она просто мешала, занимая половину кровати.
— Фу. Ужасно. — мой мозг догоняет, подкидывая откровенные кадры моего мужчины в компании двух… нет, трёх обнажённых девиц. Я морщу нос.
— Да нет, — Артём невинно пожимает плечами, — приятно, — усмехается, намеренно надо мной издеваясь. — Скорее утомительно.
Брр. Мотаю головой, будто можно вытрясти эту картинку. Я сама виновата. Фокусируюсь на биении его сердца, на тёплых руках, крепко укутывающих меня со спины, и картинки неспешно тают.
— Как ты поняла, что хочешь меня? — сглатывая, Артём задаёт свой провокационный вопрос, и я уже жалею, что согласилась играть. Вряд ли получится отвертеться. — Когда это произошло?
— Это было давно, — всё-таки предпринимаю попытку улизнуть от ответа, нарочно зевая. — Я уже и не вспомню. Да какая разница?
— Честность, Мышь.
— Чёрт. Хорошо. — протяжно вздыхаю, собирая пляшущие мысли в кучку. — Ты… Мне приснилось, что ты забрался ко мне в спальню, разбудил и… О, Господи. — щёки в мгновение заливает пурпурным жаром. — И взял меня силой.
— Что?!
— Плохая игра. — суечусь, судорожно хватая телефон, но даже не запоминаю мелькнувшие цифры. — Когда там пицца приедет?
— Постой-ка. Что? — обрывает Артём, стискивая мои пальцы и снова погружает их в воду. — Я тебя изнасиловал? Когда это было?
— Боже. Я сейчас сгорю от стыда, — жалобно стону я, прикрывая ладонями пылающее лицо.
— Когда?! — он не сдаётся.
— Во второй день знакомства, — пищу, глотая улыбку и, не дожидаясь его восхищённого «Охренеть!», сползаю, ныряя под воды с макушкой.
Пресные капли, проникая в нос, царапают горло и щиплют глаза, пока резкий рывок крепких рук не вытаскивает меня обратно «на сушу».
— Лика, во второй день! — не пойму, он возмущается или счастлив? — На кой хрен ты меня отшивала?
Жмурюсь, сквозь смех и хриплый кашель утирая зудящий нос.
— Возможно, в первый, — не открывая глаз, обречённо произношу, снова нащупывая затылком твёрдость его плеча. — Сон просто добил.
— Вау… — ошарашено выдыхает он и умолкает.
— Пу-пу-пууу… — протяжно выдаю, складывая губы трубочкой. — Всё, моя очередь?
С минуту молчу, не шевелясь, но кроме одного варианта ничего на ум не приходит.
— Что тебе особенно во мне нравится?
Время на раздумья ему не требуется.
— У тебя классные сиськи.
— Артём! — притворно возмущаюсь я. Нет, безусловно, мне приятно, но это не то, что я рассчитывала услышать.
— Правда, смотри, — он несколько раз прокатывается подушечками больших пальцев по горошинам. Они мгновенно взбухают, и он с довольной гримасой, чуть приподнимая, презентует мне мою же грудь. — Посмотри, как они меня любят.
— Это рефлексы, — бурчу, закатывая глаза, но он игнорирует.
— Обожаю твой запах, — с какой-то исключительной воодушевлённостью продолжает он. — Ставлю на всё, что это ваниль, но никак не могу разобрать, с чем. Он всегда разный.
— Сандал и мускус. — вклиниваюсь я.
— Особенно когда он смешивается с моим. — От этих слов даже под толщей воды по телу прокатывается дрожь. — Особенно в сексе.