Она хихикает, коротко целует, цепляется за шею — будто не только мне не хочется даже на миллиметр разрывать наш контакт.
Её лопатки скользят по простыням, а я накрываю сверху, сдвигая её глубже в кровать, — окончательно забираю инициативу.
Протискиваюсь между её бедер, развожу их шире, собирая губами горячую дрожь с кожи — грудь, вздрагивающий от моих мокрых касаний живот. Целюсь и…
— Подожди, — обрывает вдруг мышь. Снова, блять!
Я выдыхаю сквозь зубы и картинка, с каким рвением я вытрахиваю из её лексикона это грёбаное слово на миг становится чётче, пока я не слышу игривый смешок.
Хитрая улыбка расползается на её припухших от поцелуев губах, и осознание вырывается короткой усмешкой — мышь издевается.
— Ты опять? — подыгрываю, закидывая её руки над головой, крепко сцепляю запястья в подушке и нависаю ниже.
— Не удержалась, — сладко флиртует она, тянется к моим губам...
Сама напросилась.
Я вгоняю в неё до предела — прорываюсь в её хрупкое тело одним жёстким рывком. У обоих срывает дыхание. В унисон. Хриплым стоном.
— Не удержался, — плачу́ её же монетой, голос сипнет — это всё какое-то сумасшествие.
— Ещё… — вдруг простанывает она, тянется сама, дерзким язычком щекоча мои губы.
У меня срывает башню. К херам.
Всё, что происходит дальше, не укладывается у меня в голове — в тысячу раз лучше, чем я представлял в бесконечных фантазиях.
Она отзывается на каждый толчок — с чудовищным гостеприимством принимает меня полностью, в любой позе, под любым углом. Быстро ловит мой ритм и вместо того, чтобы, наслаждаясь, отлёживаться, — участвует, — подаётся навстречу, разгоняя ощущение полного удовлетворения по венам приторным спазмом.
В комнате становится жарко. Звук мокрых шлепков заполняет пространство, перемешивается с её стонами, вырывающимися из прикрытого её же ладошкой рта. Запах секса забивает воздух наглухо.
Теперь это секс.
Мы липнем друг к другу, смеёмся, не снижая темпа ни на секунду. Она кусает всё, что попадается под руку — кисти, мои плечи… даже сосок укусила.
— Хочешь покричать? — почти рву слова из себя.
Чувствую: мышка уже на грани. Она вот-вот кончит, и мне до безумия хочется, чтобы она не сдерживалась.
Она кивает.
Что-то бормочет невнятно. Потом прочищает горло.
— Нет. Нельзя, — сорвано шепчет, сбиваясь на моих толчках.
— Тебе можно, Мышь — отрезаю и накрываю её рот ладонью. Она дёргается и тут же сдаётся.
Удерживая, быстро цепляю её под колени, притягиваю плотнее к паху, жестом подсказываю скрестить ноги у меня за спиной — и она слушается.
Капли пота скатываются по вискам, когда я начинаю наращивать темп, вколачиваюсь в неё короткими, резкими ударами, выхожу полностью и снова заполняю до основания. От ощущения, как она ломается в каждом моём рывке, мне мало, чёрт. Хочу всё. Хочу снова и снова.
Она выгибается, пульсация внутри ощущается ярче, мычание — громче. Плотно вжимаю её тело в матрас и больше не жалею грудь, усыпанную пятнами от моих губ и языка, от щипков и прикусов — снова прохожусь скользящим касанием, слизывая её солоноватый вкус. Она пахнет божественно. Пахнет собой. И мной — всё смешивается в густой, липкий запах.
Я меняю угол — и нахожу нужную точку. Мышка срывается на всхлипы, её мышцы сжимается плотнее вокруг меня. Ещё несколько грубых, глубоких толчков — и её стоны превращаются в крики, в щекочущий воздухом визг, мокро врезающийся в мою ладонь.
Чёрт возьми, мышь кончает, крича мне в руку.
Я ощущаю каждый её спазм, каждую неконтролируемую реакцию тела — как тесный контакт с оголёнными нервами, прошибающий меня насквозь — до последнего миллиметра.
Я кончаю — охренительно ярко вслед за ней.
***
Нет сил шелохнуться. Нет желания.
Так хорошо. В ней. С ней.
Лежу, уткнувшись в её растрёпанные по всей подушке волосы. Они чуть влажные, пропитанные потом — скорее моим. Щекочут нос и дразняще колют, но я не пошевелюсь. Даже под страшными пытками.
Тело доживает спазмами — тяжёлыми вдохами, хрипло, с знакомым тупым шумом в ушах. А мысль — чужая. Она на каждом вдохе пробирается глубже, цепляется, лезет в мозг щупальцами:
я не смогу.
Не захочу больше засыпать без её тела.
Без её запаха.
В грудине всё ещё пульсирует стук — сердце барабанит удары — её или моё.
Так плевать.
Я улыбаюсь про себя, прижимаюсь плотнее — просто хочу ощущать её, прочувствовать кожей. Как расслабляется, но всё равно остаётся сжатой в моих руках. Как дышит — маленькими, короткими вздохами, почти в такт лёгким подёргиваниям мышц её бёдер. Как трепет её пальцев проходит по коже — по моей спине, от лопаток к затылку. Устало.