— А это, между прочим, моя дочь.
Я моргаю. Даже не замечаю, как рядом возникает Влад. С лёгкой улыбкой, едва касаясь моей спины, он деликатно подталкивает меня к небольшой компании.
Боже, да хватит меня так называть!
— Лика.
Я коротко киваю — и сразу чувствую, как украдкой по мне пробегает с десяток взглядов: по платью, по открытой спине, по плечам. Неловкость плотным кольцом сдавливает грудь — хочется прикрыться, но я набираю воздух и, наоборот, расправляю плечи, вздёрнув подбородок чуть выше.
Бокал холодит пальцы — я отпиваю неспешно, просто чтобы было чем занять руки. Шампанское щекочет язык, и я то и дело дёргаю взглядом в сторону входа — ищу его испарившийся силуэт, и следом машинально пробегаю взглядом в поисках Алины. Безуспешно.
— Я Марго, очень приятно, — доброжелательно обращается ко мне женщина в мятном жакете. — Какая ты красавица. Рада наконец познакомиться лично.
— Спасибо, — улыбаюсь в ответ. Ещё один глоток чуть притупляет неловкость. Но не тревогу.
— У нас тут прямо звёздный вечер, — она прищуривается, и между бровей проступает тонкая морщинка. — Я правильно поняла, ты психолог?
— Пока только учусь.
— Ну, звучит впечатляюще, — одобрительно кивает она, но почти сразу её внимание ускользает куда-то за моё плечо, и губы молниеносно озаряются широкой улыбкой. — А Артём у нас вообще…
Пять букв его имени тут же проникают под кожу — в грудь, сквозь рёбра, с такой лёгкостью, словно им там самое место.
Я оборачиваюсь, следуя за её взглядом, и не могу сдержать мимику. Артём протискивается сквозь толпу ко мне, и я чувствую, как с его приближением каждая клеточка моего тела с облегчением выдыхает. Он рядом.
— …человек-оркестр, — продолжает Марго, сияя ещё ярче, и тепло стискивает его за плечи. Я едва сдерживаю умилённый смешок, когда она шутливо щиплет его за щёку, как пятилетнего мальчишку. — Всё знает, всё может, ещё и с этим лицом…
Она театрально закатывает глаза.
— Только не с этим, — лениво ухмыляется Артём, подыгрывая ей на публику.
И публика отвечает — лёгким, искренним смехом.
— Как ваш сын? — Артём искусно подхватывает диалог, и я наконец позволяю себе расслабиться. Он мягко встаёт между мной и вниманием — очень вовремя.
— Да что ему сделается, — отмахивается Марго. — Укатил в свою Америку. Невесту нашёл, а мне показать отказывается.
— Отчасти я его понимаю, — усмехается Влад. — С твоими-то требованиями.
— Да какие требования? — шутливо фыркает Марго. — Так… советы. Говорила: иди, как Артёмка, в юристы. Нет же. Упёрся в своё ай-ти.
— Я бы от вас тоже в Америку укатил, — не моргнув, подбрасывает Артём.
— Ты аккуратнее, — тут же включается мама, мило хихикая. — Не порть репутацию сына маминой подруги.
Я улыбаюсь, с интересом наблюдая, как искренне и душевно течёт диалог. Как близко Артём знаком с каждым из этого круга, и с каким теплом и воодушевлением они делятся с ним подробностями своей непрофессиональной жизни.
Как много они о нём знают.
Это осознание цепляет меня под рёбрами какой-то восхищающей искоркой: он здесь не «чей-то сын» — он друг, близкий знакомый, просто свой человек, в доску.
Ни в одном из сценариев в своей голове я не видела его таким — настолько естественной душой компании.
Мельком замечаю реакцию Влада — в его глазах отчётливо читается отцовская гордость.
И почему мне от этого так тепло?
Погружённая в болото собственных мыслей, я теряю нить разговора — пока звонкий женский голос за моей спиной не выдёргивает обратно в реальность:
— Как тот самый случай, — смеётся молодая девушка в чёрном облегающем платье, с миловидными чертами лица. — Влад рассказывал, что у тебя был суд из-за… как это… клумбы?
— Участка, — поправляет Влад, с улыбкой приподнимая бокал.
Я почти давлюсь глотком шампанского.
— Не клумбы, — усмехается Артём. — Газона. Там принципиальная разница.
— Газона? — переспрашивает Марго, уже откровенно смеясь. — Серьёзно?
— Абсолютно. Два соседа. Один считал, что второй косит траву не по границе. «Залез на двадцать сантиметров», — уточняет он. — В итоге три года конфликта, экспертизы, кадастровые замеры и, конечно, свидетели.
— Из-за травы?! — кто-то всплёскивает руками.
— Угу, — спокойно подтверждает Артём, отпивая глоток напитка.
— Из-за невозможности договориться, — тихо вклиниваюсь я.
Отлично. Душная Лика активирована.
Широкая бровь Артёма тут же взлетает почти до самого лба, а его ухмылка — любимая реакция на мою дерзость — лениво тянет губы. Он нарочно выдерживает паузу, чуть склоняя голову к плечу, и кивает в мою сторону с вызовом — мол, поясни.