Рядом с Джерзиками жили Мислабурски. Когда Брайан выезжал с дорожки, ведущей к дому Джерзиков, миссис Мислабурски открыла парадную дверь и вышла на крыльцо. На ней был зеленый фартук, а волосы торчали вверх рыжей метелкой. Выглядела она как фурия с рекламы Рождества в аду.
— Мальчик, что там происходит? — резко спросила она.
— Точно не знаю. По-моему, миссис и мистер Джерзик немножечко ссорятся, — не останавливаясь, сказал Брайан. — Я приезжал спросить, не нужно ли им расчищать подъездную дорожку этой зимой, но решил, что заеду как-нибудь в другой раз.
Миссис Мислабурски кинула беглый и мрачный взгляд в сторону дома Джерзиков. С того места, где она стояла, из-за изгороди был виден лишь второй этаж.
— На твоем месте я вообще больше бы не приезжала, — сказала она. — Эта женщина напоминает мне тех маленьких рыбок, что водятся в Южной Америке. Которые могут подчистую съесть быка.
— Пираний? — спросил Брайан.
— Вот-вот, они самые.
Брайан продолжал крутить педали, удаляясь от женщины в зеленом фартуке и с рыжей метелкой на голове. Сердце у него билось быстро, но совсем не стучало молотком и не пыталось выпрыгнуть из груди. Какая-то часть его сознания была в полной уверенности, что все это ему снится. Он вовсе не чувствовал себя самим собой — Брайаном Раском, почти отличником, членом школьного совета и Лиги добропорядочных горожан средней школы, получающих только высшие баллы на экзаменах.
— В один прекрасный день она пристукнет кого-нибудь! — убежденно крикнула миссис Мислабурски вслед Брайану. — Помяни мое слово!
— Ничуть этому не удивлюсь, — прошептал себе под нос Брайан.
Он провел весь остаток дня в постели. При обычных обстоятельствах это, возможно, послужило бы достаточным поводом для Коры, чтобы отвезти его в Норвей, к врачу. Однако сегодня она даже не заметила, что ее сын неважно себя чувствует. И все из-за чудесных очков, которые продал ей мистер Гонт, — она была полностью поглощена ими.
Брайан встал с постели около шести, за четверть часа до того, как вернулся его отец, удивший рыбу на озере с двумя своими друзьями. Брайан подошел к холодильнику, достал бутылку пепси и выпил ее, стоя у плиты. Ему уже было намного лучше.
Он чувствовал, что наконец-то выполнил свою часть сделки, заключенной с мистером Гонтом.
Он также пришел к выводу, что мистер Гонт и в самом Деле знает лучше.
9
Нетти Кобб, не испытывая ни тени дурного предчувствия от того, какой неприятный сюрприз ждет ее дома, шла по Мейн-стрит к «Самому необходимому» в очень хорошем настроении. Интуиция подсказывала ей, что, невзирая на воскресный день, магазин будет открыт, и интуиция ее не подвела.
— Миссис Кобб! — приветствовал ее Лиланд Гонт, когда она вошла. — Как я рад вас видеть!
— Я тоже рада видеть вас, мистер Гонт, — сказала она, и... это было правдой.
Мистер Гонт подошел к ней с протянутой рукой, но Нетти отпрянула, чтобы избежать его прикосновения. Это было крайне невежливо, но она просто не могла себя пересилить. И мистер Гонт, храни его Господь, кажется, понимал это. Он улыбнулся и сменил курс; закрыв за ней дверь и с ловкостью профессионального игрока, забирающего выигрыш, заменил табличку «ОТКРЫТО» на «ЗАКРЫТО».
— Садитесь, миссис Кобб! Прошу вас, садитесь!
— Хорошо, спасибо, но... Я пришла лишь сказать вам, что Полли... Полли... — Она чувствовала себя как-то странно. Не плохо, а именно странно. Словно в легком, кружащем голову дурмане. Довольно неловко она уселась в одно из плюшевых кресел. Потом мистер Гонт оказался прямо перед ней, глядя ей в глаза, и мир, сосредоточившийся вокруг него, снова обрел стабильность.
— Полли неважно себя чувствует, да? — спросил мистер Гонт.
— Да, — благодарно кивнула Нетти. — Понимаете, это ее руки. У нее...
— Артрит. Да, это ужасно. Жизнь — скверная штука, а потом живешь-живешь, да и помрешь, как кошка сказала и на хвосте своем бант завязала. Я знаю, Нетти. — Глаза мистера Гонта снова стали расти. — Но мне нет никакой нужды заходить к ней или звонить. Ее рукам уже лучше.
— Да? — спросила Нетти словно издалека.
— Еще бы! Они, конечно, еще болят, что хорошо, но болят не настолько, чтобы она не могла прийти, что еще лучше, — вы согласны, Нетти?
— Да, — рассеянно произнесла Нетти, понятия не имея, с чем она соглашается.