— Я мог бы не просто выбраться из дерьма, — произнес он еле слышным прерывающимся шепотом. — Я мог бы стать дико богатым.
— Да, — сказал мистер Гонт. — Я бы сказал, это вполне вероятно. Но не забывай про вот это, Эйс, — и он ткнул большим пальцем в стену позади себя, где висела табличка с надписью:
CAVEAT EMPTOR
Эйс взглянул на табличку.
— Что это значит? — спросил он.
— Это значит, что ты не первый, кто поверил, что отыскал в старой книге ключ к огромному богатству, — сказал мистер Гонт. — И еще это значит, что мне по-прежнему нужен помощник в магазине и шофер.
Эйс недоумевающе поглядел на него, а потом рассмеялся.
— Вы шутите? — Он ткнул пальцем в карту. — Мне придется черт те сколько копать.
Мистер Гонт с сожалением вздохнул, сложил пополам кусок коричневой бумаги, сунул его обратно в книгу и спрятал книгу в ящик под кассовым аппаратом. Все это он проделал с невероятной быстротой.
— Эй! — заорал Эйс. — Что вы делаете?
— Я как раз вспомнил, что книга уже обещана другому клиенту, мистер Меррилл. Прошу извинить меня. И, кстати, магазин ведь закрыт — День Колумба, знаете ли...
— Подождите минутку!
— Разумеется, если бы вы соизволили принять мое предложение, можно было бы что-нибудь придумать. Но я понимаю, вы очень заняты; вам, несомненно, нужно привести в порядок все ваши дела, прежде чем братья Корсон превратят вас в мясной фарш.
Рот у Эйса опять стал беззвучно открываться и закрываться. Он старался припомнить, где стояли маленькие крестики, и понял, что не в состоянии этого сделать. В его воспаленном, расстроенном рассудке все они, казалось, слились в един огромный крест... в крест наподобие кладбищенского.
— Ладно! — закричал он. — Ладно, я возьмусь за эту сраную работу!
— В таком случае, полагаю, эта книга все-таки продается, — сказал мистер Гонт, вытащил книгу из ящика и проверил, на месте ли коричневый листок. — Она стоит полтора доллара. — Его зубы обнажились в широкой акульей усмешке. — А со скидкой для служащего магазина — один доллар тридцать пять центов.
Эйс вытащил бумажник из заднего кармана брюк, уронил его и чуть не разбил себе голову о край стеклянного стенда, наклонясь, чтобы поднять бумажник с пола.
— Но у меня должно быть какое-то свободное время, — сказал он.
— Естественно.
— Ведь мне в самом деле придется как следует покопать.
— Конечно.
— Времени у меня мало.
— Весьма мудро с вашей стороны помнить об этом.
— Как насчет сегодняшней ночи? Когда я вернусь из Бостона?
— А вы не устанете?
— Мистер Гонт, я не могу сейчас позволить себе уставать.
— Тут я, возможно, сумею вам помочь, — сказал мистер Гонт. Улыбка его стала шире, и зубы обнажились как на черепе. — Я хочу сказать, быть может, у меня найдется для вас небольшой «взбодри меня».
— Что? — Глаза Эйса полезли на лоб. — Что вы сказали?
— Простите?
— Да нет, ничего, — смешался Эйс, — не обращайте внимания.
— Хорошо... Ключи, которые я вам дал, у вас?
Эйс с удивлением обнаружил, что еще раньше сунул конверт с ключами себе в карман.
— Хорошо. — Мистер Гонт выбил на своем старом кассовом аппарате чек на доллар тридцать пять центов, взял пятидолларовую бумажку, которую Эйс положил на прилавок, и отсчитал три доллара и шестьдесят пять центов сдачи. Эйс взял сдачу и словно во сне сунул ее в карман.
— А теперь, Эйс, — сказал мистер Гонт, — позвольте мне дать вам несколько указаний. И помните, что я вам говорил: мне нужно, чтобы вы вернулись к полуночи. Если вы к полуночи не возвратитесь, я буду огорчен. Когда я огорчаюсь, я иногда бываю сердит. А когда это случается, лучше держаться от меня подальше.
— Рвете и мечете? — усмехнулся Эйс.
— Да, — сказал мистер Гонт, подняв взгляд, и усмешка его осветилась такой свирепой жестокостью, что Эйс сделал шаг назад. — Именно это я и делаю, Эйс. Рву и мечу. В самом деле. А теперь слушайте внимательно.
И Эйс стал внимательно слушать.
11
Было без четверти одиннадцать, и Алан уже собирался заехать к Нэнси, чтобы наскоро выпить чашку кофе, когда его вызвала Шейла Бригем. На первой линии Сонни Джакетт, сказала она, и он настаивает, чтобы его соединили с шерифом.
Алан включил телефон.
— Привет, Сонни. Чем могу помочь?
— Тут такое дело... — начал Сонни со своим ужасным восточным акцентом. — Страшно не хочется добавлять вам неприятностей после вчерашней двойной порции, шериф, но, похоже, ваш старый знакомый снова замаячил в городе.