— Да, похоже. Развлекайся на здоровье, Шон. И не говори маме, а то она заставит тебя положить их обратно.
— Она у себя в комнате, вертится в этих темных очках, — сказал Шон. — Она даже не знает, живы мы с тобой или нет. Противные они... От них мурашки бегают. — Он пристальнее вгляделся в Брайана. — Брай, а ты и в самом деле неважно выглядишь.
— Я и чувствую себя не ахти, — признался Брайан. — Пожалуй, прилягу.
— Ну... Я подожду тебя немного. Может, тебе станет получше. Посмотрю мультики по пятьдесят шестому каналу. Если полетает, спускайся. — Шон тряхнул зажатыми в кулаке монетками.
— Спущусь, — пообещал Брайан и тихо прикрыл дверь, когда его маленький братишка вышел из комнаты.
Но ему не полегчало. В течение дня он чувствовал себя все хуже и хуже (пасмурнее). Он думал о мистере Гонте. Он думал о Сэнди Кауфаксе. Он думал об этом кричащем заголовке — СМЕРТЕЛЬНАЯ СХВАТКА В КАСЛ-РОКЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ ГИБЕЛЬЮ ДВУХ ЖЕНЩИН. Он думал о тех фотографиях — знакомых лицах, выплывающих из облака черных точек.
В какой-то момент он чуть было не заснул, но в спальне отца и матери заиграл маленький проигрыватель. Мама опять запустила свои заезженные сорокапятки с Элвисом. Она делала это на протяжении почти всего уик-энда.
Мысли крутились и вертелись в голове у Брайана, как подхваченные ветром обрывки газет.
СМЕРТЕЛЬНАЯ СХВАТКА
— Знаешь, говорили, ты классным парнем был, но... оказалось просто ты это позабыл...
Это была дуэль.
УБИЙСТВО: Нетти Кобб, та дама с собачкой.
— Ты и зайца никогда не поймал... не поймал...
Когда имеешь дело со мной, тебе лучше запомнить две вещи.
СХВАТКА: Уилма Джерзик, дама с простынями.
Мистер Гонт лучше знает...
—... И я с тобою не дружу... не дружу...
... И дуэль не закончена, пока мистер Гонт не СКАЖЕТ, что она закончена.
Эти мысли возвращались снова и снова, всплески ужаса, вины и отчаяния наслаивались на золотые хиты Элвиса Пресли. К полудню желудок Брайана стал подступать к горлу. В одних носках он поспешно спустился в ванную комнату в конце холла, закрылся там и, стараясь не издавать громкие звуки, склонился над унитазом.
Его вырвало. Мать ничего не услышала. Она по-прежнему не выходила из своей комнаты, где Элвис теперь рассказывал ей, как он хочет стать ее плюшевым медвежонком.
Когда Брайан медленно плелся обратно в свою комнату, чувствуя себя еще более несчастным, его вдруг охватил жуткий ужас: его вкладыш с Сэнди Кауфаксом исчез. Кто-то украл его прошлой ночью, пока он спал. Из-за этого вкладыша он стал соучастником убийства, и вот теперь вкладыш пропал.
Он бегом бросился в комнату, едва не поскользнулся на середине коврика у себя в спальне и стащил альбом с вкладышами со шкафа. Он с такой быстротой принялся перелистывать страницы, что некоторые из них оторвались от колец. Но вкладыш — этот вкладыш — был на месте: с последней страницы из пластикового кармашка на него глянуло знакомое лицо. Пока на месте, и Брайан почувствовал, как его охватило громадное и в то же время жалкое облегчение.
Он вытащил вкладыш из кармашка и прилег на кровать, держа его в руках. Он не знал, сможет ли когда-нибудь от него избавиться. Это было все, что он вынес из этого кошмара. Единственная вещь. Она больше не нравилась ему, но она была его собственностью. Если бы он мог сжечь ее и тем вернуть к жизни Нетти Кобб и Уилму Джерзик, то он сейчас уже озирался бы в поисках спичек (так он, во всяком случае, полагал), но он не мог оживить их этим, а раз уж не мог, то сама мысль о возможности потерять вкладыш и лишиться всего была просто невыносима.
Итак, он держал вкладыш в руках, смотрел в потолок и слушал приглушенный голос Элвиса, который перешел на «Деревянное сердце». Не было ничего удивительного в том, что Шон говорил про его неважный вид; лицо у него побелело, глаза стали огромными, темными и совсем больными. И его собственное сердце словно одеревенело.
Вдруг новая мысль, по-настоящему кошмарная, со скоростью кометы прорезала ослепительной вспышкой тьму в его рассудке. Его видели!
Он сел на кровати и с ужасом уставился на собственное отражение в зеркале на дверце шкафа. Ярко-зеленый фартук! Ярко-красный платок на пучке бигуди! Миссис Мислабурски!
— Мальчик, что там происходит?
— Точно не знаю. Думаю, мистер и миссис. Джерзик немного ссорятся.
Брайан встал с кровати и подошел к окну, почти готовый увидеть, как к дому уже подъезжает шериф Пэнгборн в патрульной полицейской машине. Пока что — нет, но скоро подъедет. Потому что, когда две женщины убивают друг друга, всегда бывает расследование. Миссис Мислабурски будут задавать вопросы. И она расскажет, что видела мальчика возле дома Джерзиков. И этим мальчиком, скажет она шерифу, был Брайан Раск.