Он забил молотком крышки на ящиках с пистолетами и патронами. Потом подошел к зачехленному автомобилю и ухватился за брезентовый чехол, тоже покрытый толстым слоем пыли. Стащил чехол и... на мгновение совершенно забыл обо всем, повергнутый в изумление и восхищение.
Точно, это был «такер», и он был великолепен.
Цвет — канареечно-желтый. Вытянутый кузов сверкал хромом по бокам и под узорным передним бампером. Третья фара уставилась на Эйса с самого центра капота под серебряным орнаментом, похожим на нос поезда-экспресса из будущего.
Эйс медленно обошел машину, пожирая ее глазами.
Сзади на боках тускло сверкали хромированные решетки; он понятия не имел, для чего они предназначены. Возле правого заднего подфарника сияли хромированные косые буквы, складывающиеся в два слова: «такер-талисман». Эйс никогда в жизни не слыхал про такую модель. Он полагал, что единственной «тачкой», которую выпустил Престо Такер, была «Торпедо».
Сейчас у тебя другая проблема, старина, — на этой штуке нет номеров. Ты что, собираешься тащиться всю дорогу до Мэна в «тачке», которая бросается в глаза, как бородавка на носу, в «тачке» без номеров, нагруженной стволами и взрывателями?
Да. Именно это он и собирался сделать. Конечно, это была не самая удачная идея, да что там — просто поганая, но... любая другая означала попытку потягаться с мистером Лиландом Гонтом и казалась куда хуже. Кроме того, ведь это был сон.
Он вытряс ключи из конверта, подошел к багажнику и тщетно поискал замок. Потом вспомнил фильм с Джеффом Бриджесом и все понял. Как и в немецком «фольксвагене» и в «:чеви-корвире», двигатель «такера» находился сзади, а багажник спереди.
Довольно уверенно он отыскал замочек прямо под этой проклятой третьей фарой и открыл багажник. Тот и в самом деле был небольшим и совершенно пустым, если не считать одного предмета — маленькой бутылочки с белым порошком и с ложечкой, прикрепленной к крышке цепочкой. К цепочке был приклеен маленький клочок бумаги. Эйс оторвал клочок и прочел — мелкими заглавными буквами там было написано:
ПОНЮХАЙ МЕНЯ.
Эйс последовал этому указанию.
5
Почувствовав себя намного лучше после дозы несравненного зелья мистера Гонта, осветившего ему мозги, как фасад музыкального автомата «Рок-ола» Генри Бюфорта, Эйс загрузил пистолеты и патроны в багажник. Ящик с капсюльными взрывателями он запихал на заднее сиденье, прервавшись лишь на секунду, чтобы глубоко втянуть в себя новую дозу порошка. Внутри машины пахло новой «тачкой» — запах, не сравнимый ни с чем на свете (кроме разве женской прелести), и, сев за руль, он обнаружил, что машина новехонькая: счетчик спидометра у «такера-талисмана» мис тера Гонта стоял на «00000,0».
Эйс воткнул ключ в зажигание и повернул его.
«Талисман» завелся с негромким восхитительным урчанием. Интересно, сколько у него лошадок под капотом? Он не знал, но похоже было, что целый табун. В тюремной библиотеке было полно книжек по автомобилям, и Эйс прочел почти все. У «такера-торпедо» было шесть цилиндров, движок около трехсот пятидесяти кубических дюймов, совсем как у автомобилей, выпускавшихся мистером Фордом в 1948-1952 годах. Мощность — примерно сто пятьдесят лошадиных сил.
У этого, похоже, еще больше. Намного больше.
Эйс испытывал сильное желание вылезти из машины, обойти ее сзади и взглянуть под капот, но... это было все равно что думать про то странное имя — йог-как-его-там-дальше. Почему-то это казалось неудачной мыслью, а удачной — как можно быстрее пригнать эту штуковину в Касл-Рок.
Он начал было вылезать из машины, чтобы подойти к пульту управления дверью гаража, но потом передумал и вместо этого нажал на гудок — посмотреть, не выйдет ли чего-нибудь. Кое-что вышло. Дверь бесшумно скользнула на роликах вверх.
Где-то тут наверняка есть звуковой сенсор, сказал он себе, но сам уже в это не верил. Да его это больше и не заботило. Он врубил первую передачу, и «талисман» выполз из гаража. Катя по ухабистой дорожке к дыре в заборе, он снова надавил на гудок, и в зеркале заднего обзора увидел, как лампы в гараже потухли, а дверь поползла вниз. В последний момент он уловил силуэт своего «челленджера», уткнувшегося носом в стену, и смятый брезент возле него, на полу. У Эйса возникло странное чувство, что он никогда больше не увидит своей машины. Он поймал себя на том, что и это его не заботит.