— Господи, — слабым, растерянным голосом произнес Норрис. Лицо его побелело как бумага, когда он протянул револьвер — рукояткой вперед — Алану. — Я чуть не застрелил Шейлу... Господи Боже мой.
— Алан! — плача крикнула Шейла. — Слава Богу!
Она бросилась к нему, не снижая скорости, и чуть не сбила с ног. Он засунул револьвер в кобуру и обнял ее. Она вся дрожала, как электрический провод под слишком большим напряжением. Алан подозревал, что и сам здорово дрожит, а секунду назад чуть не намочил штаны. Шейла билась в истерике, совершенно ослепленная паническим ужасом, и быть может, это было даже неплохо: он думал, что она и понятия не имеет, как близка она была к роковой черте.
— Что там происходит, Шейла? — спросил он. — Быстро говори! — В ушах у него так звенело от выстрела, что он почти готов был поклясться — это где-то вдалеке звонит телефон.
22
Генри Бюфорт чувствовал себя как снеговик, тающий на солнце. Ноги у него подгибались. Он медленно опустился на колени, по-прежнему прижимая гудящую трубку к уху. Голова его затуманилась от терпкого запаха спиртного и паленого меха. К ним примешивался еще один горячий запах. Он подозревал, что это был запах Хью Приста.
Смутно он понимал, что к шерифу ему не дозвониться и он должен набрать какой-нибудь другой номер, но, пожалуй, это ему вряд ли удастся. Еще раз набрать номер было просто за пределами его возможностей — вот так. Поэтому он опустился на колени за стойкой бара в растущую лужу собственной крови, вслушиваясь в свист воздуха, доносящийся из дырки в своей груди, и отчаянно пытаясь не потерять сознание. «Тигр» не открывается раньше часа. Билли мертв, и если никто не ответит на этот звонок, он тоже будет мертв к тому времени, как первые клиенты заглянут сюда освежиться парой стаканчиков.
— Пожалуйста, — прошептал Генри отчаянным, бездыханным голосом. — Пожалуйста, возьмите трубку, пожалуйста, кто-нибудь, вашу мать, возьмите трубку...
23
Шейла Бригем стала понемногу приходить в себя, и Алану удалось выудить из нее самое главное: она вырубила Хью прикладом винтовки. Значит, никто не попытается пристрелить их, когда они войдут в эту дверь.
Во всяком случае, он на это надеялся.
— Давай, — сказал он Норрису, — пошли.
— Алан... Когда она вышла... Я подумал...
— Я знаю, что ты подумал, но ничего плохого не случилось. Забудь об этом, Норрис. Там внутри — Джон. Пошли.
Они приблизились к двери и встали по обеим ее сторонам. Алан взглянул на Норриса.
— Входи потихоньку, — сказал он.
Норрис кивнул.
Алан ухватил дверную ручку, резко распахнул дверь и нырнул внутрь. Норрис, пригнувшись, последовал за ним.
Джон, ухитрившийся встать на ноги, одолел почти весь путь до двери. Алан и Норрис врезались в него, как арьергард старых питтсбургских меченосцев, и Джону пришлось испытать последнее болезненное унижение: сшибленный своими коллегами, он покатился по вымощенному плиткой полу, как кегля от меткого удара шаром в баре. Он с грохотом врезался в противоположную стену и издал какой-то усталый крик боли.
— Господи, это же Джон! — закричал Норрис. — Что за хрень!
— Помоги мне управиться с ним, — сказал Алан.
Они ринулись через всю комнату к Джону, который медленно сползал по стене. Вместо лица у него было кровавое месиво; нос резко вывернут влево, верхняя губа кровоточила, как порванная артерия. Когда Алан и Норрис подошли к нему, он подставил ладонь под подбородок и выплюнул на нее зуб.
— Он фумафедфый, — произнес Джон едва внятно — слова у него во рту превращались в кашу. — Фейла фрефала ему финтофкой. По-моему, она ефо убила.
— Джон, ты в порядке? — спросил Норрис.
— Я ф полной фопе, — сказал Джон и в доказательство тому наклонился вперед и изящно наблевал прямо между своих раздвинутых ног.
Алан огляделся вокруг. До него смутно дошло, что дело не в звоне у него в ушах; телефон действительно звонил. Но телефонный звонок сейчас был не главным. Он увидел Хью, лежащего лицом вниз у стены, подошел к нему и приставил ухо к его спине, пытаясь уловить биение сердца. Все, что ему удалось сначала услышать, это звон в ушах. Казалось, проклятый телефон разрывается на каждом столе.
— Ответь этой ....й штуке или разъедини ее! — рявкнул Алан Норрису.
Норрис подошел к ближайшему аппарату — им оказался тот, который стоял на его столе, — нажал на кнопку с мигающим индикатором и снял трубку.
— Не беспокойте нас сейчас, — сказал он. — У нас тут аварийная обстановка, звоните позже. — И повесил трубку, не дожидаясь ответа.