«Что я здесь делаю?» — снова горестно спросил внутренний голосок, и ответил ему голос тети Эвви: «Становишься призраком, вот что ты делаешь. Ты становишься призраком».
Полли зажмурилась.
— Прекрати! — яростно прошептала она. — Сейчас же прекрати!
— Вот это верно, — сказал Лиланд Гонт. — И потом, экая важность ? Это всего лишь маленькая безобидная шутка. А если от нее и случится что-то серьезное — разумеется, этого не произойдет, по предположим, — кто тому будет виной?
— Алан, — прошептала она. Ее глаза беспокойно бегали, а руки нервно сжимались и разжимались. — Если бы он был здесь и поговорил со мной... Если бы он сам не отдалился от меня, не совал свой нос в то, что его не касается...
Слабый голосок снова попытался было заговорить, но Лиланд Гонт вырубил его, прежде чем он смог произнести хоть одно словечко.
— И это верно, — сказал Гонт. — А насчет того, что ты здесь делаешь, Полли, — ответ очень простой: ты платишь. Вот что ты делаешь, и вот все, что ты делаешь. Призраки тут совершенно ни при чем. И запомни одно, потому что это самая простая и самая чудесная сторона коммерции: как только за вещь заплачено, она принадлежит тебе. Ты ведь и не рассчитывала, что такая чудесная штуковина окажется дешевой, верно? Но когда ты расплатишься, она станет твоей. Ты вольна распоряжаться, как хочешь, с тем, за что ты заплатила. Ну а теперь ты так и будешь стоять здесь и слушать все эти старые испуганные голоса или сделаешь то, зачем пришла?
Полли снова открыла глаза. Азка неподвижно висел на конце цепочки. Если он и двигался раньше, в чем Полли уже не была уверена, то теперь замер. Дом был обыкновенным домом; слишком долго простоявший пустым, он теперь являл все неизбежные признаки запустения. Окна были не глазами, а обычными дырками с выбитыми стеклами — результат озорных мальчишеских игр. Если она и слышала что-то в сарае — а она уже не была уверена в этом, — то это был всего лишь треск рассыхающихся от необычной для октября жары досок.
Ее родители умерли. Ее прелестный маленький мальчик умер. И собака, которая так страшно терроризировала этот дворик в течение трех летних дней одиннадцать лет назад, тоже была мертва.
Никаких призраков не было и в помине.
— Включая и меня, — сказала она и пошла за сарай.
3
«Когда обойдете сарай сзади, — говорил мистер Гонт, — то увидите остатки старого трейлера». И она увидела его: «эйр-флоу» с серебряными бортиками, почти полностью скрытый золотистыми головками и высокими стеблями поздних подсолнухов.
«У левого края трейлера вы увидите большой плоский камень».
Она легко отыскала его. Камни такого размера обычно служили украшением сада.
«Отодвиньте камень и копайте. На глубине около двух футов вы найдете консервную банку «Криско».
Она отодвинула камень в сторону и начала копать. Меньше чем через пять минут лопата лязгнула о консервную банку. Она отшвырнула лопату и стала отбрасывать рыхлую землю пальцами, обрывая тонко сплетенную паутину корней. Через минуту она уже держала банку «К рис ко» в руках. Та была ржавой, но целехонькой. Сгнившая этикетка отстала от банки, и она увидела на ее обратной стороне рецепт: «Ананасовый торт с сюрпризом» (перечень ингредиентов был почти весь скрыт черными пятнами плесени) — и купон на срок годности, истекший в 1969-м. Она сунула пальцы под крышку банки и слегка поддела ее. Облачко воздуха, вырвавшегося изнутри, заставило Полли сморщить нос и на мгновение откинуть голову назад. Тот слабый внутренний голосок в последний раз попытался спросить ее, что она тут делает, но Полли заткнула его.
Она заглянула в банку и увидела то, о чем предупреждал ее мистер Гонт: пачку купонов «Голд Бонд» и несколько выцветших фотографий женщины, совершающей сексуальный акт с собакой породы колли.
Она вытащила все это, сунула в карман, а потом торопливо вытерла пальцы о свои джинсы, пообещав себе вымыть руки, как только представится такая возможность. От прикосновения к предметам, так долго пролежавшим под землей, у нее возникло гадливое ощущение чего-то нечистого.
Из другого своего кармана она вытащила запечатанный конверт. Заглавными буквами на нем было напечатано: ПОСЛАНИЕ БЕССТРАШНЫМ ОХОТНИКАМ ЗА КЛАДАМИ.
Полли положила конверт в консервную банку, закрыла ее крышкой и бросила обратно в яму. Лопатой она забросала яму землей — быстро и небрежно. Все, чего ей сейчас страстно хотелось, это убраться отсюда ко всем чертям...