– Ногу немного повредила, трещина, скорее всего.
– Понял, я за аптечкой в машину, – кивнул дядька, – пусть мой друг здесь подождет, а то заплутает. Он может.
Но друг не заплутал. Я подкинула в затухающий костерок веток потолще, и Боярин очень точно вышел к огню.
– Ага, подожду. Спасибо, водичка отменная. У вас тут стрелка с кем-то?
– Нет, мы договорились встретиться в Егорске. Туман пережидаем, и будем выбираться, – дипломатично ответила я.
– Гм… туда же… – задумался Баритон, – девушка, а как вы относитесь к блаблакару?
– С вами? Отлично отношусь! Просто отлично! Сколько надо на ремонт и бензин до нашего города?
– Примерно десятку.
– Дам тридцать, плюс мотель на двоих по дороге, плюс скромная еда, мы остались без денег и припасов, так получилось. Но карточка у меня в Егорске. Подвезете к дому, рядом банкомат. Не убегу, я учусь тоже в институте, а вы нас просто выручите. Годится?
Боярин решительно кивнул, отошел, дождался друга. Пошептался с ним, и они подошли к нам.
– Давайте знакомиться. Мой друг Михаил, Михал Михалыч. Я Евгений Викторович, можно просто Евгений. Или Женя, – улыбнулся нам щуплый.
– Наташа. Орест.
И мы, в результате, договорились!
Повязку на голеностоп я наложила за несколько минут, эластичных бинтов в аптечке оказалось аж два. Оресту объяснялась дольше, но наши водители тем временем тушили костер, а я шепотом рассказывала о транспорте в этом мире.
– Просто поверь мне, Орест, и ничего не бойся. Я сказала, что ты иностранец, а у нас в любой стране есть автомобили. Поэтому ничему не удивляйся. Ты устал и просто засыпаешь на ходу. Хорошо?
Он кивнул, мы медленно дошли с ним до поворота, где нас ожидал грязный «Уазик». Красавец, честное слово. Самая лучшая машина в мире!
Мы тронулись, Орест вцепился мне в руку, закрыв глаза.
Я обернулась и посмотрела в заднее окошко – следом за нами тянулась лента тумана, рассеиваясь на глазах.
Господи, спасибо, если ты есть.
Глава 30
К нашему дому «Уазик» подъехал поздно вечером на следующий день.
Останавливались на ночевку всего один раз, наши спасители меняли друг друга за рулем.
В окнах второго этажа горел свет!
Я сглотнула и мужественно вышла из машины, медленно и осторожно наступая на правую ногу, обмотанную бинтами до самого колена, поверх испорченной штанины. Вошла в слабо освещенный подъезд и нажала на кнопку новенького звонка.
Быстрые шаги, дверь открылась... и донесся очень сильный запах сгоревшей резины или проводки. Родной запах.
На меня в упор смотрел Егор, прищурившись.
Я демонстративно потянула носом и привалилась к дверному косяку. Меня трясло, но голос смогла удержать спокойным:
– В одном черном-черном городе, в одной черной-черной квартире, на черном-черном диване сидит черный-черный человек и говорит: – никогда, никогда-никогда не буду сам ремонтировать картриджи!
Не выдержала, шагнула вперед и уткнулась в Егора.
– Наташка-Наташка… не можешь без приключений… что с ногой?
– Уже хорошо с ногой. Все наши живы и здоровы?
– Все. Мишка вообще молодец, девчонки тоже за ум взялись. Ольга совсем эльфийка, наставники занимаются Сан Санычем и Сережей, родители то на острове, то в Питере.
– Слава Богу! У тебя есть наличка? Тридцать тысяч?
– Есть.
– Отдай дяденькам, они нас везли за тридевять земель.
– Вас?
– Нас. Со мной мальчишка-помощник.
– Пусть проходят, и накормим заодно. Ты не исчезнешь?
– Нет.
– Точно?
– Точно.
– Точно-точно?
– Теперь подумаю.
– Деньги наверху, подожди, – братец, внимательно осмотрев меня еще раз, прикрыл глаза, мотнул головой и побежал по лестнице.
Вид, конечно, у меня шикарный. Штаны подвернуты выше колен, правая нога в бинтах, красная футболка относительно чистая, постирала в мотеле, но суровый черный дядька так и рассматривает всех в прицел винтовки.
К машине подошли с Егором вместе, пока я будила Ореста, братец передал деньги:
– Большое спасибо вам, господа, вы нас очень выручили. Не желаете перекусить, чай-кофе?
– Спасибо, мы тоже по домам, – хмыкнул Михаил.
– До следующей встречи, студенты, удачной вам сессии, – добавил Евгений, энергично растирая лицо.