Я огляделась – Ореста не увидела. А Евгений так и стоял с каким-то портретом на дурацком красном шесте.
Та-ак… внимательно посмотрела на этот самый портрет. Темноволосая девица. Глазки, носик, губки. Как у всех девиц. Ну… был бы там дюжий мужик или совсем старушка – точно не я. А так, может, и я. Мало ли кто как видит.
– Миш, – задушевно попросила я, – а где этот гад, знаток обычаев… в смысле мой друг… Орест? Приведи его потихоньку.
– По-моему, он с Ольгой говорит.
Ну все, сказитель! Доберусь, и все мои слезки ему отольются.
Ореста рядом с Олей не наблюдалось! Она спокойно собирала нашу с ней любимую закусочную тарелку размером в поднос. Уже и огурчики нарезала, и мясо горкой лежало, и хлебушек.
Отлично!
Ну где же… меня осторожно тронули за плечо. Евгений перехватил почти у цели:
– Наташ, с портретом по вашим обычаям… надо мной пошутили?
– Евгений…
– Лучше Женя.
– Хорошо, Женя. Самое смешное – нет. Просто у Ореста голова интересно устроена. Очень-очень по-своему. С какого перепуга реквизит для демонстраций и парадов, а?
– Мишка ваш… вылитый мой друг Бояринов… такой убедительный. Говорит – тебе точно понравится. И наставника привел… не обижайся...
– Да я не поняла! Это вообще зачем?
– Это… предложение руки и сердца, – мрачно признался Евгений, – раз так у вас принято. Все будут знать, что я с серьезными намерениями. Твои родители тоже подходили, спрашивали, что это… Орест долго рассказывал про обычаи Арагвы.
Я и глаза вытаращила:
– Женя! Неужели Орест смог убедить тебя, взрослого человека, что нам, воспитанных на другой культуре, нужны чужие обычаи?
– Ну-у… раз мы в другом мире…
– Ясно. Пойдем знакомиться с моей подругой. Кстати, она тоже из нашего города.
Честно сказать, по возвращению на остров у меня включился защитный тормоз и приглушил эмоции.
Не хотелось говорить с родителями, с Олей. Даже с наставником. Вообще ни с кем. Мои, конечно, поняли, что не так все просто.
Но разговор с Советами только завтра, итог его неизвестен. Я смотрела на всех, как сквозь толщу воды.
Единственно, наставник мне все же шепнул с угрозой:
– Утром жду, поговорим.
Покивала, подхватила Олю, и мы устроились с гитарами на том самом мостике нашего корабля-беседки, где я давала отчет.
Кто ко мне пристанет, раз мы закатили долгожданный концерт. А нас так давно не слышали, правда же? Орест с Женей вообще не ожидали грамотного дуэта под сопровождение. Даже наставник с друзьями-магистрами сидели до последнего.
Уже под утро забежала к призракам.
Сжато и очень коротко рассказала о своих приключениях, чуть подробнее остановилась на знакомстве с первыми хранителями рода на Арагве. Слушали меня с благоговением, в полной тишине, аж в ушах звенело. Точно звуки вокруг приглушили.
Закончила тем, что род Наррац на Арагве, практически, вымер. В отличие от Водяны. Так что вы – молодцы.
Призналась – сил нет совсем. Зато ушла с сознанием, что здесь, по крайней мере, отстрелялась полностью.
Глава 33
– А вам, долгожданная моя дочь, теперь придется привыкать к охране! – пропела Леди.
Советники зашевелились, Северянин первым поднялся.
С охраной без них разберутся.
– У меня встречное предложение, только для вас, – радостно пропела я в ответ. Отлично, пусть скорее уходят.
Но Северянин мгновенно сел на свое место. Посмотрел на Леди Запада, посмотрел на меня и вообще устроился поудобнее:
– Внимательно слушаем.
Остальные тоже быстро присели.
Гадство. А ведь терзали меня своими вопросами будь здоров. Подробно, с момента выхода на крылечко моей Академии. Устали же, бедные.
Мне не хотелось говорить о призраках рода Наррац при всех. Хотя на этой встрече с Советами, в отличие от предыдущей, собрались только первые лица и по одному доверенному лицу у каждого. И телохранители, но я их даже не видела. Еще целитель Запада присутствовал, мы поздоровались, и он исчез.
Все приглашенные Советники и я заодно сидели за овальным столом, довольно большим. Буквально равноправие. Верю.
Над головами крутились, медленно переворачиваясь, всего несколько светлячком. Освещались только лица присутствующих у стола, охрана и целитель в тени.
Я перевела взгляд на Леди, единственную женщину среди всех, кроме меня. Она тоже смотрела на меня, и я с чуть заметным нажимом сказала: