– Вот даже как… я подумаю. Один-два дня. Свободны.
– А шкурку пока не продавайте, магистр. Пожалуйста. Я тоже подумаю.
Вернулась к себе, легла на кровать. Никого нет, как хорошо-то. Что касается шкурки, тут стоит выяснить, а не выгоднее продать ее по частям. Лучше бы вообще аукцион устроить, но нет времени. Да и желания.
А вот по поводу портала… надо бы магистров поторопить, а то они по делу думают долго-долго. Быстро только лезут, куда не имеют права.
К вечеру прибежал Таранский и с порога заявил:
– Твой зверь имеет отношение к привороту. И тебя к ректору!
Черт. Может отобрать. Хорошо, что шкурка не дома, кто знает, на что еще способен наш ректор. Кивнула, взяла свежую одежду, пошла в душ переодеться, пора в юбку с блузой нарядиться, побуду пай-девочкой.
Оля вернулась без результата, библиотекарь вела у кого-то занятия, а дежурный второкурсник ничего не знал. Я как раз уже причесывалась у зеркала в душевой:
– Наташ, я с тобой к ректору.
– Зачем?
– А вдруг тебя опять куда-нибудь посадят, надо все знать.
Я сначала промолчала, вполне себе вариант, но тут сообразила – для Оли присутствовать опасно.
– Наоборот, не стоит лишний раз ему на глаза попадаться, жди лучше у выхода из приемной. Придумаю, как передать, куда меня.
Перед самым нашим выходом залетел в комнату Артей:
– Наташ, шкурку можно продать. И даже за хорошие деньги. Твой любимый Торс предложил пятьдесят тысяч! Представляешь? А я думал, что он довольно поганый дядька.
Кивнула, поблагодарила и промолчала. Что тут скажешь.
Ректор оказался не один в кабинете, сам он мялся у стола, в его кресле сидела роскошная дама.
В моем представлении так могла выглядеть королева какой-нибудь Франции пару веков назад. Красивая, утонченная, холеная. И холодная. Платье, наверное, длинное, не видно, но материал даже не возьмусь назвать, ближе к шелку. Стекает по открытым плечам, как броня, и цвета темно-синего, как металл, но с белоснежными кружевами у декольте. Руки в кольцах, по три на каждой, кулон на шее, длинные серьги с поблескивающими камнями. Много всего, но вульгарно не смотрится, очень стильно.
Я склонила голову, приветствуя, и перевела глазки на ректора.
Он тоже одет непривычно – в коричневый костюм. По ощущению, ему чужой: подложенные плечи, перетянутый живот, штаны в обтяжку. На фоне дамы наш ректор представляется трактирным слугой из исторического фильма. Ну, не мое дело.
– Студентка, я вызвал вас по поводу шкуры животного, которое вам попалось в период выполнения задания академии. Понимая ваше бедственное положение, мы готовы выкупить шкурку за десять тысяч райсов!
– Благодарю, я повременю с продажей, – сухо ответила я.
– Вы уверенны? А тут для вас есть приказ, можно ознакомиться в своей комнате.
Он полез в шкаф и вытащил листок, на котором от руки, довольно витиевато, написано:
«Студентка Быстрицкая Н., за причиненный ущерб, нанесенный законченному ремонту преподавательского этажа, обязана внести сумму в размере двухсот тысяч райсов, необходимую для восстановления ремонта, в течении тридцати дней с момента пожара.» Академия Магии, ректор, подпись.
Печати нет, а на договорах присутствие магической печати обязательно. Интересно. Но это не договор, а приказ. Очень интересно.
– Обменяв деньги на шкуру незаконно убитого вами животного, вы уменьшите вашу задолженность, – негромко добавил он.
Я еще раз внимательно прочитала дикую формулировку. А, он два раза желает получить денежки. Первый раз спишет за якобы произведенный ремонт. Потом с меня. Нет, не права, три раза хочет получить, маги обещали ему деньги на ремонт, точно помню. Молодец ректор, что тут сказать. Видать, набил уже руку. Свернула бумажку и забрала, на стенку вывешу.
– Спасибо за разъяснение. Я могу идти?
– Можете! У вас осталось девятнадцать дней без выходных, имейте в виду.
– До свидания, – я слегка еще раз наклонила голову, пошла к выходу.
– А что за шкурка, если ни секрет, – грудным голосом пропела дама.
Я тоже так напеваю, когда не в духе или очень-очень злюсь. Домашние всегда смеялись.
– Агурака, легендарного зверька, – ответила ей, чуть улыбнувшись, – простите, нас не представили, вероятно, пока не проснулась магия, нас нельзя обучать этикету. Поэтому не могу обратиться к вам, как подобает, по титулу. Всего доброго, – и вышла.