Подошли мы.
– Что панны желают, – спросил он, – если записали, то лучше покажите записи.
Панны! Ну надо же.
Пока Оля уточняла, поступили хроники рода, которые финансируют академии нашего учебного острова или нет, я внимательно рассматривала библиотекаря.
Он совершенно не походил на какого-нибудь архивного задохлика, самозабвенно сметающего пыль с любимых фолиантов. Ну и удали молодецкой, шляхетской, там тоже не видно. Ни в какие рамки дядечка не вписывался. У него даже серьга висела в левом ухе! Насколько помню по земной истории, такие серьги вешали в двух случаях: или моряк впервые пересек экватор, или не был уверен, что вернется с очередного похода, и тогда товарищам будет, на что его похоронить. Подбритый затылок серьгу показывал всем желающим. Стрижка – да, как у поляков, русые волосы, и чуть темнее тоном небольшая бородка с усами. Так-то модный дядечка, похож на наших эстрадников. Но серьга? Поляк – морской балтийский волк! Или это у него замаскированный артефакт…
Моими любимыми книжками в девятом-десятом классах были «Потоп» и «Огнем и мечом» Генрика Сенкевича и, конечно, цикл о ведьмаке Анджея Сапковского. И панны, правильное обращение к незамужним девушкам, прозвучало, почему-то, музыкой. Но в моем представлении сероглазый тихий библиотекарь все же не тянул на поляка, каких-то ярких красок не хватало.
Хотя… где бы я тех панов видела.
– Нет, панны, хроники не поступили, но обещают на днях, скорее всего, завтра после обеда.
– А что пан посоветует первокурсницам, – спросила я неожиданно для себя.
Библиотекарь улыбнулся так солнечно, заглядеться можно, наверное, поляк все же, и вытащил знакомый двухтомник с прильнувшей девушкой к парню.
Оля хмыкнула, пан не шелохнулся, но свет в нем погас, и я поторопилась сказать:
– Эти книги у нас есть, по сути, они настольные, хотя обложки нам не нравятся. А еще что-нибудь посоветуете?
– А, имею честь видеть панну Семенову?
– Семенова – это я, – призналась Оля.
– А я – Быстрицкая. И мы обе любим читать.
– Вот вы какая, панна Быстрицкая, – улыбнулся он так, что у меня дыхание перехватило, – вы в моем списке на обучение, я портальщик. И что вам понравилось или не понравилось в книжечках?
– Подождите, – обрадовалась я, – портальщик! Замечательно! А когда у нас занятия, там и поговорим о книжках, пан…
– Кмициц-Замойский, – склонил он голову.
– Кмициц! Не Анджей случайно? (1)
– О, панна читает книги и по желанию. Анджей Кмициц-Замойский, да. Вы тоже земляне?
– Да!
– Панна, вы еще раз порадовали старичка. Давайте решим, в какие дни занимаемся.
Я скоренько сбегала за своим расписанием, и мы поставили занятия через день.
Отлично, просто отлично.
Спасибо, призраки!
Вот только с моими манерами все же беда. Мы повернулись уходить, Оля уже стояла у двери, как меня потянули за руку.
Кто знал, что наставник решил поцеловать руку студентке? Мой рефлекс сработал, и руку я ему завернула. И обалдела. Он вывернулся и грамотно меня перехватил. Я даже растерялась от неожиданности, надо же, какой приятный сюрприз! А он поднял свою ладонь и спокойно спросил:
– А что у панны с растяжкой? Попадете?
Ну, конечно. Еще бы не попасть. Я доблестно застыла с поднятой ногой и услышала:
– Отпустить девушку!
В дверях стоял Егор.
С электрошокером в руках.
Жесткий Егор, хищный, мужественный, и мрачно смотрел на пана Кмицица.
Оля ахнула, и я поторопилась сказать:
– Егор, все в порядке! Разрешите вас познакомить – мой родной брат Егор Быстрицкий. Мой наставник пан Кмициц-Замойский. Егор, пан Анджей тоже из нашего мира!
(1) Пан Анджей Кмициц, хорунжий, и панна Биллевич, его невеста, – гг романа «Потоп» Генрика Сенкевича.
Глава 28
Ну совсем другое дело с наставником обучаться.
Совсем другое!
Я загрузила себя под завязку, и пан Анджей усердно помогал, а с ним заниматься легко и весело!
Прежде всего погонял по этим книжкам, захотел выяснить, а правда ли сладкая картинка не помешала мне открыть двухтомник. Что-то мне подсказывает, не он ли приложил к ним ручку. Или с ним еще кто-то в соавторстве, не знаю. Я молчу, и он ни слова.
Но в этом случае не соврали, действительно, с точки зрения иномирцев.
Раз в пять дней, по поручению ректора, мой наставник переносил Егора на наш остров, за маяком все-таки присматривать необходимо, мало ли. Конечно, и нас с Олей прихватывал. Егор иногда и с целителем отправлялся, но мы с ними не просились, чтобы не попасть в неловкую ситуацию, раз речь шла о здоровье парней.