– Да ла-адно, – Мейв оглядела номер в попытке понять, ничего ли она не забыла, – И почему ты расстроена?
– Это значит, что я не смогу поехать с тобой в Лиссабон.
– Ты, должно быть, шутишь!
Глава VIII. Лиссабон
(Месяц спустя)
Шумные компании, стробоскопы, вспышки света и блеска повсюду. Давид навёл камеру на ещё один столик, за которым группа молодых девушек, заметив объектив, тут же начала позировать. Щелчок, ещё один. Он очаровательно улыбнулся им и поспешил скрыться, заметив на себе голодные взгляды парочки уже изрядно набравшихся девиц.
– ¡Oye, fotógrafo! ¡Toma una foto de nosotros! (*исп. Эй, фотограф, сфоткай нас!) – услышал он звонкий женский голос.
Щелчок, ещё один, побег. Схема не меняется и работает как часы.
Усилители по краям круглой сцены клуба вибрировали от низкого бита. На сэмпле без конца повторялся припев песни про супермодель из девяностых. Цепляющий гитарный риф; энергичная барабанная и басовая партии; низкий, хриплый вокал рассказывал историю о токсичной любви:
«Да, она монстр, мои комплименты.
Если хочешь любить её, просто имей в виду,
Что она никогда не полюбит тебя больше,
Чем деньги и сигареты.
Каждый вечер твоё сердце будет разбито.
Эй, но ты не думай об этом, эй, забей.
Просто её парень – это рок’н’ролл.
Наслаждайся каждым её моментом,
Ведь ей скоро будет пора бежать.
Всё потому, что её парень – это рок’н’ролл.»
Какая же глупость, Dios!
Давид сделал несколько снимков компании, отмечавшей день рождения какой-то фирмы и начал подниматься на второй этаж клуба. В кармане джинс завибрировало. Он достал смартфон и взглянул на экран.
Calamidad (*исп. стихийное бедствие) |22:23|
Куда мне подъехать за твоей подписью?
Подумав с минуту, он набрал:
«Клуб «Коста Бреве», на входе скажи, что ко мне, тебя пропустят»
Не прошло и пятнадцати секунд, как телефон пиликнул уведомлением.
Сalamidad |22:30|
Важничаешь, Давидо? :D
Язва.
Давид стёр глупую улыбку с лица и спрятал смартфон. Сделал общий снимок танцующей внизу толпы. Отфотографировал несколько парочек за столиками и быстро просмотрел получившиеся кадры. В уголке дисплея замигал индикатор зарядки. Пять процентов.
Он похлопал себя по карманам и, чертыхнувшись, поспешил в подсобное помещение, где бросил рюкзак со сменными аккумуляторами. Тогда же телефон снова зазвонил.
– ¿Qué pasa, Dani (*Что такое, Дани)? – спросил он в трубку, закрывая другое ухо.
В динамике зазвучали обрывки выразительной брани.
– No escucho nada. ¿Qué carajo está pasando (*Ничего не слышно. Какого чёрта там происходит)? – переспросил Давид, захлопнув за собой дверь в служебное помещение.
– Maldita Mia huyó de su turno. Otra vez. La mataré. Tu mamá me ha golpeado hasta la mierda por culpa de esa perra (*Эта чёртова Миа сбежала со смены. Снова. Я убью её. Твоя мать уже выбила из меня всё дерьмо из-за этой сучки), – злобно прошипел Даниэль.
– Entiendo tu descontento,pero ¿qué tiene que ver conmigo? (*Понимаю твоё недовольство, но я-то тут причем)?
– Ven y reemplázala (*Выйди на смену вместо неё) – почти что приказала трубка, – Hay un gran asentamiento de huéspedes en el tercer piso. ¡Y oh, estos griegos! Dejaron de hacer ruido recientemente. ¡Es un maldito circo! (*Там крупный заезд на третий этаж. Ещё и греки эти. Только недавно прекратили шуметь. Это грёбаный цирк какой-то)!
Святая простота…
– Dani, ya he trabajado dos turnos para ella este mes. Llama a Louis (*Дани, я и так отработал за неё уже две смены в этом месяце. Вызвони ты Луиса).
– ¡No contesta el Teléfono! (*Он не отвечает на звонки)!
– Y no contesto. A partir de ahora. Tengo un trabajo en el Club. Así que vete a la mierda (*И я не отвечаю. С этой минуты. У меня работа в клубе. Так что отвали).
– Eres un imbécil, Davido, un pedazo de mie… (*Козёл ты, Давидо, настоящий кусок дерь…) – договорить Дани не успел.
Давид отключился и сунул телефон в карман. Заменил батарейку, взял ещё один аккумулятор прозапас. Поднялся обратно и вернулся к работе. Когда трек Бенсона Буна сменился на ремикс хита Бруно Марса и Розе, он как раз отфотографировал подошедших к бару парней, отмечавших мальчишник.