– Оно очень подходит тебе в качестве фона, – Давид включил камеру и навёл на неё объектив, – Замри.
– Вечно ты так делаешь, – Мейв испытующе посмотрела на него, но все же застыла, позируя.
Он зажал кнопку спуска затвора и сделал серию снимков. Обошёл её с другой стороны, поправил Мейв волосы и слегка примявшийся край летящего шелкового платья на левом плече. Снова сфотографировал, уже ближе, фиксируя красоту её огненных локонов, которые переливались в свете яркого солнца; и блеск небесно-голубых глаз, с глубиной которых не смогли бы тягаться даже бушующие воды Атлантики.
– Я теряюсь, когда ты смотришь на меня так, – сказала она, когда, сделав ещё несколько кадров, Давид опустил камеру и засмотрелся на её точёный профиль.
– Прости, – он отвёл взгляд и, спрятав камеру, сел на край изгороди.
Задумчиво уставился на полоску горизонта. Тогда же на его плечо легла голова Мейв, которая осторожно присела рядом.
– Я тебя не обидела? – вкрадчиво спросила она.
Давид хмыкнул.
– Нет, что ты, – он немного пригнулся и коротко поцеловал рыжую макушку, – Я просто задумался.
– И о чём же?
– Ещё недавно мне ужасно хотелось оказаться по ту сторону океана, – признался.
– И ты туда же, – протянула Мейв с пониманием, – Меня не взяли в Стенфорд, и это до сих пор больно бьет по самолюбию. А тебе куда хотелось?
– Конкретной точки не было. Идея была в том, чтобы сбежать подальше, но мой старший брат уехал за океан первым, не предупредив никого из семьи, кроме меня.
– У тебя есть старший брат?
– Нда, в последний раз мы с Бруно общались два года назад, так что есть он или нет, уже точно нельзя сказать, – кажется, впервые за долгое время Давид проговорил это вслух, отчего многое в голове словно разложилось по полочкам.
К чёрту Бруно, к чёрту всех. Ему не должно быть дела до тех, кому наплевать на него.
– Ого… Прости, я, наверное, лезу не в своё дело, – Мейв обняла его за предплечье и боковым зрением он увидел, как она тоже устремила взгляд куда-то туда, где пролегала линия горизонта.
– Брось, это уже совсем неважно, – он притянул её ближе и прикрыл глаза, наслаждаясь моментом.
Они пробыли на Мысе почти до самого заката. Обратный путь занял чуть больше часа и, миновав заполненную туристами и торгашами площадь Росиу, они поднялись вверх по холму и по пути едва успели закупиться всем необходимым для ужина в уже закрывавшемся супермаркете. Добравшись до Калсада Гарсиа тридцать, Давид и Мейв с удивлением обнаружили выставленные перед рестораном столы, один из которых оказался в непосредственной близости к входной двери в их временное жилище.
Смеясь, они ещё долго обсуждали удивленные выражения лиц отдыхавших за столиком посетителей, заметивших их входящими в квартиру.
– Они явно не в курсе, что прямо в здании ресторана есть квартира, – сказала Мейв, выглянув на улицу через завешенное плотным тюлем крошечное окошко.
Запершись на замок, Давид и Мейв прошли на кухню и принялись за приготовление пасты Cacio e Pepe. Ужин закончился танцами под доносившиеся с улицы хиты прошлого столетия и поцелуями на диване. Чувствуя, что он вот-вот окончательно утратит контроль над ситуацией, Давид оторвался от губ Мейв и, тяжело выдохнув, прошептал:
– Я думаю, нам лучше притормозить.
Каждая клеточка его тела противилась сказанному.
– Считаешь? – Мейв немного отстранилась, закусила ноготь на большом пальце и пытливо посмотрела ему в глаза.
– Да, – он покивал и, растерев лицо ладонями, покачал головой, – Мы куда-то помчались как ненормальные и… Я боюсь всё испортить, Мейви. Может, Лори в чём-то и прав. Из меня никудышный бойфренд и…мне особо нечего тебе предложить, к тому же…
На это она скупо покивала и закрыла ему рот рукой.
– Остановись на этом и идём спать, – сказала насмешливо, – Пока ты не наговорил ещё большей ерунды.
Убрав ладонь, она оставила лёгкий целомудренный поцелуй на его губах и, поднявшись с дивана, направилась в сторону ванной, по пути зацепив дорожную сумку.
– Спокойной ночи, strano (*итал. чудик), – бросила она и скрылась за дверью.
Разложив диван, Давид упал на него без сил и закрыл глаза в надежде провалиться в беспробудный усталый сон. Однако, и здесь всё пошло наперекор его ожиданиям. Сна не было, и задремать удалось лишь на краткий миг после того, как дверь в ванную скрипнула и за ширмой послышалось шуршание одеяла.