Встала с места и подошла к рабочему столу Пола. Тот как раз что-то вбивал в компьютер, качая головой под раздававшиеся в объемных наушниках мотивы в стиле 80-х. Выставив вперёд указательный палец, попросил подождать. Щелкнул мышкой, закрыл документ, ударил по пробелу и, стянув один амбюшур с уха, обратил всё своё внимание на Мейв.
– Не вешай этот отзыв на сайт, – попросила она его, – пусть остаётся на сторонних агрегаторах.
– Но он ведь не отрицательный. Могу закрыть последние предложения многоточием, – предложил.
– Не стоит, пусть лучше совсем без отзывов, чем с таким, – она отрицательно мотнула головой.
– Тогда твой профиль снова останется пустым. Очень жаль, конечно, – вздохнул Пол, – Эмма была очень этим недовольна. Но ладно, это не твоя головная боль.
– Через месяц-два точно будет ещё один, надеюсь, положительный, – Мейв отбросила непослушные пряди за спину и хотела уже вернуться к своему столу.
– Мейв! – окликнул её Пол.
– М? – она обернулась и наткнулась на его сочувствующий взгляд.
– Мне жаль, правда, – тихо проговорил он, – Я видел фотографии получившегося интерьера, и, думаю, твоя работа не заслужила никаких нареканий, а клиенты просто idiotas.
– Спасибо, Пол, – Мейв растянула губы в натужной улыбке, – Увидимся на обеде?
– Ага, – Пол надел наушники и вновь ударил по пробелу, улетая в атмосферу, создаваемую треками Bee Gees и Abba.
Мейв подумала о том, что было бы неплохо тоже послушать что-нибудь в наушниках. Отыскав в рюкзаке коробочку с air pods, она открыла Spotify и запустила раздел «Рекомендуемое для вас». В ушах зазвучал энергичный ритм барабанов и голос Дамиано Давида:
«Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха Ты разбила мне сердце,
Поэтому я разбил твою машину.
Ты говоришь, что тебе жаль,
Ну, ещё бы, конечно, ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха
И бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла.
Я ненавижу твоё лицо, но мне нравится лицо твоей мамочки,
Ты пытаешься казаться умной,
Но ты выглядишь так тупо
Ту-ту-ту-ту-ту-ту-тупо»
Мейвис поморщилась и переключила трек. Почему-то ей вспомнился Алекс, и на душе стало совсем погано. Тем временем, подборка треков будто потешалась над ней: следом за «Я сбежал» группы The Flock Of Seagulls включился сталкерский гимн «Каждый вдох, что ты делаешь» The Police, за ним «Злая игра» Криса Айзека и вишенкой на торте легла «И не мечтай, что это закончится» Crowded House. Это какое-то когнитивное искажение или вселенная говорит с ней через некогда любимые песни?
Мейв вытащила наушники из ушей и постаралась сосредоточиться на работе. Макеты стандартных номеров шли сложно: картинка не складывалась в единое целое ни с точки зрения стиля, ни с точки зрения стоимости работ внутри одной номерной единицы. Просидев за ними без малого три часа, она решила оставить попытки и принялась за коридоры и лобби. Пошло легче, но в рабочий процесс вторглись Пол и Леонор. Мейв, решив не суетиться, отправилась с ними на обед, втайне ругая себя за самонадеянность. Дотянуть бы до вечера. Пляж и беседы с подругой под шум прибоя точно вытянут её из мрачных мыслей. Если ей не поможет это, то уже не поможет ничто.
* * *
У Давида гудело в голове. После долгого рабочего дня в студии и разговора с матерью по телефону, закончившегося лекцией о его безалаберности, бесперспективности и общей бесполезности, он выкурил две сигареты подряд и уже собирался заглянуть в один из баров Барселонеты, однако в его планы вмешался телефонный звонок от Лоренцо.
– Ты хотел поиграть в волейбол, вот и играй, мать твою, я здесь причём?! – возмутился Давид в трубку, выслушав идею соседа по квартире.
– Фабио поплохело и тут не хватает игроков. И вообще, Давидо, с твоим образом жизни ты скоро превратишься в развалину, – проговорил Лоренцо с характерным итальянским говором, – Давай, тащи свою задницу на пляж. Встретимся у волейбольной сетки. Не явишься, сменю замки нахрен! – на этом он отключился.
Чертыхнувшись, Давид спрятал телефон в карман и остановился у перекрестка в ожидании зелёного света на пешеходный переход. Он был не в настроении, но в то же время понимал, что физическая активность вполне может привести его в чувства. Этот день выжал из него последние соки, но в кои-то веки рюкзак не оттягивал ему плечо, и, значит, очередной сеанс самоуничтожения вполне мог подождать до завтра. Давид пересёк улицу и быстрым шагом направился в сторону пляжа.