– ¡Increíble! (*Потрясающе) Это именно то, что нам нужно. А теперь подскажите, пожалуйста, Мейвис, сколько я буду должен вам за вашу работу?
– Сперва нам нужно посчитать смету, но если делать всё под ключ, то мои услуги обойдутся Вам не дороже трёх тысяч евро за всё. Это при общей стоимости работ свыше тридцати тысяч, но, я думаю, всё обойдётся дешевле. Большой у вас номерной фонд?
– Сорок номеров, большая часть из них стандартные, но есть два для молодожёнов, пять номеров люкс и десять полу-люкс. С ними, конечно, самая беда. Нас затопили неделю назад, мы поменяли всю проводку, но, конечно, теперь там только чистовая отделка и эти номера не сдаются.
– Поняла. Мне бы посмотреть на примерный объем работ. А завтра я приеду и сделаю все необходимые замеры.
– А сможете сегодня? – Луис посмотрел на неё заговорщически, – Завтра у меня несколько встреч в городе, и номера вам сможет показать моя жена София. На худой конец, попросим Давида, но сами видите, какой он, – он махнул рукой.
– Боюсь, – Мейв убрала волосы за ухо, – Сегодня мне нужно сдать ещё один проект. Хотелось бы всё закончить до того, как я возьмусь за вашу гостиницу.
– Что же, это разумно, – поджав губы, покивал Луис, – Тогда договоримся обо всех условиях на этапе составления сметы?
– Да. Буду очень вам благодарна, если вы отсканируете и пришлёте план ваших помещений вот на эту почту, – Мейв уложила на стол карточку с адресом, – Можете взять те, что отправляли в надзор по пожарной безопасности. Мне просто нужно посчитать примерное количество площади под реконструкцию.
– Да, хорошо, поищу, – он поднялся с места и протянул ей руку для пожатия, – Спасибо за такой содержательный, хотя и короткий разговор! Надеюсь, мы с вами сработаемся.
Мейв тоже встала со стула и пожала сухую ладонь.
– Спасибо Вам! Тогда-а до завтра? – она взглянула на часы.
– Позвольте проводить вас, – он обошёл стол и в несколько шагов оказался у двери, толкнул и, пропустив Мейв вперёд, последовал за ней.
Давид, который сейчас со скучающим видом сидел за стойкой, поднял на них глаза. Хмуро взглянул на Мейв, но, заметив, что они направляются к выходу, оживился.
– ¿Puedo go? (*Могу я идти?) – спросил он у Луиса
– ¡Vete! (*Проваливай!), – мрачно бросил ему тот, и когда Давид, подхватив рюкзак, выбежал на улицу, еле слышно пробормотал, – ¡Por qué Dios me envió un hijo así! (*Ну, за что Господь послал мне такого сына!)
– Зря вы так, – обратилась к нему Мейв, – Здорово, что Давид пытается найти что-то своё, а не почивает на чужих лаврах. Такое сейчас редкость.
Только произнеся всё это, она поняла, что, наверное, перешла какую-то незримую границу. Луис так и замер, кажется, пытаясь подобрать верные слова. «Не при как паровоз!», – возник в памяти голос дяди.
– Простите, – поспешила добавить она, ругая себя за длинный язык, –Мне не следовало лезть в ваши семейные дела.
– Что вы! Это вы извините нас за эти сцены, – махнул Луис рукой, – Всё никак не могу привыкнуть к тому, что он больше не мальчишка, ловящий каждое моё слово, – признался, тяжело вздохнув, – И вот ему двадцать, и он всё бунтует.
– По мнению Марка Твена вам осталось потерпеть всего лишь год, – хохотнула Мейви.
– Простите? – переспросил Луис.
– Он как-то сказал одному молодому человеку: «Когда мне было четырнадцать, мой отец стал так глуп, что я не мог выносить его; – процитировала она по памяти любимую присказку дяди, – но когда мне исполнился двадцать один год, я был изумлён, насколько этот старик поумнел за последние семь лет».
– Занятно! – одобрительно протянул Луис, – Что ж, Мейвис, был очень рад нашему повторному знакомству! – он снова пожал её руку.
– И мне было приятно, – растянула она губы в улыбке, – До завтра!
Махнув ему на прощание, Мейв направилась прочь из переулка и, взяла курс обратно к метро. Прогуливаясь по извилистым улочкам Готического квартала, она выудила из кармана смартфон и записала для Тео голосовое сообщение с описанием встречи. Открыла список контактов и набрала первый номер.
– Да, Мейви? – прозвучал в трубке усталый голос Алекса.
– Ты уже освободился? – спросила Мейв, останавливаясь у входа в уютную пекарню, на витрине которой сейчас крутились на тарелочках разнообразные десерты.