– Эй, – прозвучало за спиной, – не будь такой задницей. На пляж, так на пляж.
Давид отнял телефон от уха и, выдержав паузу, проговорил в микрофон:
– Подожди-ка, он передумал быть ослом, – сообщил не существующему собеседнику в трубку, – Но будь на низком старте.
«Отключился».
С кислым видом Саша отыскал в тумбочке полотенце и скрылся в ванной. За дверью зашумела вода. Давид вернулся обратно на диван, разблокировал смартфон, проверил сообщения.
Daniel |9:41|
Mia ha dejado un desastre de nuevo. He venido y ella se ha ido. David, sinceramente, creo que deberiamos decirselo a Sofia e Luis. ?Es muy molesto (*Миа опять оставила полный бардак в делах. Я пришёл, а её уже нет. Давид, честно, я думаю, нам стоит сказать об этом Софии и Луису. Меня это задолбало)!
Он немедленно набрал ответ:
“Se lo dire a Louis yo mismo. Manten la boca cerrada (*Я сам ему сообщу. Держи рот на замке)!”
Мие конец. Давид сам устроет ей головомойку и добьётся того, что её смены будут выпадать на все мыслимые и немыслимые праздники. Проскролив поток сообщений из разных рабочих чатов, он споткнулся взглядом о сообщение от стихийного бедствия, пришедшее ещё вчера ночью.
Calamidad |03:00|
Эй, Давид, прости мне моё тупое поведение после Сашиного звонка. Получилось очень глупо. Спасибо за классные треки и помощь с грунтовкой потолка! Надеюсь, тебе стало хоть немного легче.
Поразмыслив, он пробежал пальцами по экрану.
«Тебе не за что извиняться. Ты очень помогла, спасибо»
Не прошло и минуты, как галочки рядом с сообщением изменили цвет. Рядом с именем контакта появилась отметка «Печатает…», и уже вскоре в чате появилось новое сообщение.
Calamidad |09:12|
Нашу работу не стали переделывать, Костас всем доволен, ты можешь собой гордиться
"Расскажу потомкам и добавлю в анкету на LinkedIn, что имею опыт отделочных работ по потолкам» – ответил он
На этот раз ответ пришёл, когда он разбивал яйца на сковороду, на которой уже поджаривались найденные им в холодильнике кусочки бекона.
Calamidad |09:12|
Хочешь, похвастаюсь Софии своими успехами в вовлечении тебя в ремонт? :D
Вот так, значит.
Продолжая раскалывать скорлупу о край керамической миски, Давид поднёс телефон ближе и записал ей голосовое сообщение:
– Если тебе охота и дальше принимать участие в спектакле с моими к тебе домогательствами, валяй, – проговорил он нарочито флегматично и, взяв лопатку, поддел край яичницы, не давая ему высохнуть и подгореть.
Ответ пришёл моментально:
Calamidad |09:12|
Pervertido (*извращенец) :D
«Провокаторша», – успел набрать он, прежде чем услышал, как вода в за дверью прекратила шуметь.
Отключил звук уведомлений и, заблокировав экран, спрятал смартфон в карман. Тогда же дверь ванной открылась и Саша, окружённый облаком пара, вышел в гостиную.
– Мне нужен кофе, очень много кофе, – повторил, словно мантру.
– Что? Тяжёлая голова?
– Тяжёлое тело, – Алекс упал на компьютерное кресло, – И сердце.
– О Боже, – Давид едва сдержался, чтобы не подкатить глаза, – Я, конечно, догадывался, что ты король драмы, но чтобы настолько…
– Ну конечно, Давидо, тебе-то откуда знать, каково это… – патетически протянул Саша.
– По-твоему я совсем идиот? – хмыкнул он, лопаткой разделяя яичницу на две равные части.
– Да нет, я просто думаю, что ты не из тех, кому отказывают девушки, – раздалось за спиной.
Давид разложил завтрак по тарелкам и, прихватив вилки и ножи из стоявшего у раковины стакана, заполненного столовыми приборами, поставил обе порции на столешницу.
– Это потому что ты ни черта не знаешь обо мне, – он невесело улыбнулся Саше и указал на тарелку, – Налетай, Ромео!
– Ромео не страдал от неразделённой любви, – поправил его Саша, подъезжая на стуле к столешнице.
– Тогда…Гэтсби? Или, не знаю, Траск…
– Траск?
– Герой романа Стейнбека, « К востоку от Эдема». Не попадался?
На это Саша только грустно вздохнул, вперив взгляд в яичницу.
– Да что с тобой, chico (*парень)?! – не выдержал Давид.
– Мейв тоже вечно говорит о книгах, которые я не читал.
– Класс… Значит невелика потеря, раз вокруг и без того полно умников, – он посмотрел на Алекса исподлобья и указал вилкой на тарелку, – Ешь, пока не остыло! Знать всё на свете нереально.