И указал.
Натин, увидев решимость Ольги открыла было рот, чтобы остановить во избежание конфуза, но тут толпа восторженно заорала, знаменуя окончание пламенных речей Василия. Это отвлекло внимание собирающих Ольгу в полёт. Также как и её саму.
Полиция уже еле сдерживала порывы граждан ломануться вперёд. Но передние, сообразив, что полёты ещё не закончены сами не желали выходить на полосу. И по большей части препятствовали другим сделать это.
Василий обернулся, увидел что творится с аппаратом и вокруг него. Понял, что происходит. Сначала открыл рот, но потом просто рысцой подбежал к дельтаплану.
— Ольга! Так не пойдёт. Вылезай на минуту.
Та подумала, что он ей запрещает и немедленно надулась, но тут уже и Григорий догадался. Хлопнул себя по лбу и обозвал дураком.
— Да, Оленька, погодь. Вставай. Он прав. Наверху не тепло.
Меж тем Василий уже снимал с себя свою скрипящую кожей косуху.
— Надевай!
Ольга быстро вскочила и скользнула в придерживаемую Василием куртку. Быстро, со знанием дела, застегнула на все пуговицы, застегнула рукава и воротник. К тому времени, Василий снял свои перчатки и протянул так, чтобы было удобнее надевать.
— Поверх своих беленьких и тоненьких надевай! — с улыбкой добавил Василий. — Зато руки не окоченеют.
Ольга по деловому воткнула руки в перчатки и быстро затянула ремешки на запястьях. Перчатки были слегка велики, но не настолько, чтобы совсем болтались.
Публика притихла, наблюдая за священнодействием приготовлений к полёту. И то, что на этот раз должна была полететь дама… многие не верили своим глазам.
К авиаторам подбежал некий полицейский, явно не маленького чина.
— Дама полетит?!! — выпучил он глаза.
— Это запрещено законами Парижа? Законами Республики? — подчёркнуто вежливо, но ядовито справился Григорий.
— Нет, но…
— Значит, разрешено! — заключил Григорий и тут же переключился на продолжение экипировки Ольги.
Чин обалдел. Постоял, но не найдя что сказать, отвалил.
А суфражистки всё также увлечённо продолжали лаяться не замечая что происходит буквально рядом. Главполицай с омерзением посмотрел в их сторону, но оценив наличные силы полиции и стоящие перед ним задачи, смирился с балаганом, как с неизбежным злом.
Василий наконец снял свой шлем и полётные очки. Протянул их Ольге. Та так же по деловому, сняла свою ослепительно белую шляпу с цветочками и бантами и обменялась головными уборами с Василием. Так же быстро и умело нацепила шлем на голову, застегнула и подняла очки на лоб.
Василий же не нашёл ничего лучшего кроме как размахивать шляпкой на манер веера. Ибо девать её было некуда.
Публика меж тем оценила скорость облачения и то, что для Ольги это явно не впервой. Что подогрело ажиотаж и породило шум обсуждений и догадок.
Когда все переодевания были закончены, Ольга наконец скользнула в кресло пилота.
— Ты ничего не забыла? — тут же с сарказмом поинтересовалась Натин.
— Я забыла?… — удивилась Ольга. Но Натин стёрла сарказм с лица и рука её скользнула к собственному затылку.
Чуть придержав свою шляпку она выдернула из аккуратно уложенных волос две стальных спицы. И протянула Ольге. Причём протянула так резко, как будто собиралась ими ударить. И ведь держала их так, что обе торчали между пальцев сжатого кулака. Грива каштановых волос принцессы, лишённая заколок скользнула вниз расправляясь.
— Заколи платье у лодыжек. — пояснила она. — Иначе набегающий поток тебе его на голову задерёт.
— Ой! — вздрогнула Ольга и покраснела представив конфуз.
Обеими руками взяла спицы и нерешительно уставилась на полы платья.
— Протыкай! Не бойся! — подбодрила её Натин. Потом рюшечками залатаешь. А если исправить будет невозможно — новое купим.
Паола, поняв, что надо сделать, немедленно кинулась помогать Ольге.
— Концы загните. Спицы хорошо гнутся. — бросила Натин, отходя в сторону суфражисток.
Паола попробовала загнуть, но у неё палец соскочил и она порезалась. Быстро сунув пораненный палец в рот, она растерялась. Ольга же, горя желанием как можно быстрее взмыть в небеса, содрала с себя перчатки, схватилась за спицы и с натугой загнула их. Братья даже не успели что-либо предпринять.
Снова, уже неспеша, натянула кожаные перчатки и спокойно пристегнулась.
А суфражистки всё лаялись…
— От винта! — скомандовал Василий и сам первым же спешно удалился от дельтаплана.
В это же время, Натин, подойдя ближе к суфражисткам ехидно бросила им.