Верн прошёлся взглядом по собеседникам. Ведь они как раз к этой категории людей и относились. Александр слушал с каким-то напряжённым вниманием. Элен — с удивлением переводя взгляды с братьев на писателя. Видно этот разговор и просьба были для неё полной неожиданностью. Для неё явно открылось в братьях такое, о чём она даже не подозревала.
На лице Паолы — вежливое внимание, больше обращённое на Вассу. Когда же он взглянул на Натин, то та, почему-то загадочно улыбнулась. Будто что-то такое знала, но помалкивала. А теперь с интересом ждала развёртывания дальнейших событий.
— … Если посмотреть на нашу молодёжь, — продолжил он после паузы, — то хорошо видно, что нужна некая захватывающая идея. Идея переустройства общества.
Александер при этих словах удовлетворённо кивнул и выпрямился будто именно такого ответа ожидал. Элен — ещё больше нахмурилась и озадаченно вперилась взглядом в Румату. А Натин теперь с интересом смотрела на Вассу. Явно ожидая что он на это ответит.
— Мы можем Вам предоставить целый пакет таких идей. Какие вам больше подойдут, те и озвучивайте в своих произведениях. — с готовностью ответил Васса. — Также предоставим и описания технологий. Они будут выглядеть часто весьма фантастически. Но они реальны.
— Да уж куда больше! — посмеиваясь заметил писатель. — Уже того, что вы мне дали, хватит на сотни книг.
— Будет ещё столько же. — с улыбкой добавил Васса.
— Но как я определю, какая именно из идей переустройства подходит для спасения мира? — с некоторым сарказмом заметил Верн.
— А вы пишите то, что было бы ближе вам по духу. Сейчас надо поднять вопрос. Крайне надо. И так, чтобы об этой проблематике заговорил весь мир. Я ещё хотел бы обратить Ваше внимание на то, что техника и технологии, какими бы они ни были новыми, всего лишь вторичны для процветания общества. Даже на супертехнологиях можно устроить натуральный Ад… Особенно на супертехнологиях!
Васса запнулся.
— Беда в том, что с супертехнологиями, этот Ад устроить легче всего. Потому нужна идеология. Его исключающая.
— Но… Как же? Как же можно этот Ад устроить если будут именно сверхтехнологии? — развёл руками Верн.
— Уже пишется! — с неким намёком в голосе вступил в разговор брат. — мы этот Ад опишем. Так как его очень даже хорошо представляем.
— А вы напишите альтернативу этому аду — подхватил Васса.
— Но это тема… Она даже для меня со всем моим опытом… мне она представляется неподъёмной! — уже со страхом заметил Верн.
— Не беда. — отмахнулся Румата. — кроме Вас, в этой теме будет писать ещё пара человек как минимум.
— Ну, одного я уже вижу — рассмеявшись заметил писатель. — А второй кто?
— Александер Богданофф! — с какой-то полунаигранной торжественностью и пафосом воскликнул Румата, обеими руками указав на сидящего рядом с ним Александера. Тот вздрогнул, округлил глаза и сильно смутился. Румата, заметив это, рассмеялся и ободряюще хлопнул его по плечу.
Потом были совместные прогулки по Амьену, где сам мэтр выступал как гид. Да, ему трудно было передвигаться из-за давней травмы ноги. Но передвигались в основном на фиакрах. Так что всё вышло более чем пристойно с точки зрения Верна. А судя по сияющим лицам некоторых из сопровождения братьев Эсторских — Элен и Александера — просто замечательно.
Элен трещала без умолку. На хорошем французском. Не таком, как у братьев или той же Натин. Но вполне приличном.
Александер больше обходился рублеными фразами. Было видно, что язык он знает плохо. И было видно, что ему очень сильно жгут язык многие вопросы, которые он, как начинающий писатель, хотел бы обсудить. Тем более, что братья его вот так поставили. Чуть ли не в конкуренты самому Мэтру. Там где не удавалось ему что-то сформулировать по-французски, он прибегал к помощи Вассы, который весьма охотно участвовал в этих «перекрёстных» беседах. Ему тоже было очень интересна эта беседа и он иногда вставлял весьма любопытные реплики.
Пока гуляли, он не раз ловил на себе испытующие и изучающие взгляды Натин. Она всё больше слушала. И если к ней обращались непосредственно, отделывалась парой вежливых фраз. Что было на уме у этой мадемуазель — тайна за семью печатями, надёжно скрытая за вежливо-лукавой улыбкой. Причём одна из этих печатей постоянно светилась на её красивом лице. Явно что-то замышляла. Своё. Хитрая бестия.
Впрочем, так она виделась самому Верну. А что было на самом деле — хитрая бестия, или слишком умная дамочка — выяснить по паре брошенных вскользь фраз было очень сложно.