У гостиницы аэропорта увидел голосующую девушку в форменной одежде. Остановился, чтобы подвезти в город. Познакомились. Разговорились. Оказалось, что они соседи, их дома стоят на одной улице. Попутчица жила с мамой, а работала в одной из авиакомпаний стюардессой.
Так началось знакомство Ивана с Валентиной. А уже через полгода сыграли свадьбу.
Жили ребята, душа в душу. Любили друг друга до умопомрачения. Спустя пять лет у них родился сын, которого в честь деда назвали Денисом.
Всё было прекрасно, пока не начались, мягко говоря, неурядицы в авиакомпании, в которой работала Валентина.
Однажды, прилетев из рейса, Валентина прибежала на работу к Ивану и попросила ключи от машины. Было видно - случилось что-то нестандартное. Но на расспросы Ивана Валентина отвечала, что всё расскажет вечером дома. Просто ей нужно забрать с работы кое-какие вещи и коробки. Скрепя тормозами, Иван отдал ключи жене. Если бы он только мог знать, что живой её больше не увидит.
О том, что случилось в этот день, Ивану, спустя неделю, рассказала Мария, подруга жены. Они вместе работали в одном экипаже.
После возвращения из рейса весь экипаж пригласили к руководству авиакомпании. Им было доведено, что в связи с банкротством, в компании начинаются увольнения сотрудников. С сегодняшнего дня приказом по авиакомпании весь экипаж уволен.
Удар для всех был неожиданным. Всё равно, что на полном ходу дёрнуть ручку стоп-крана. Ведь компания, в которой они работали, была одним из основных украинских авиаперевозчиков. Конечно, все знали, что увольнения сотрудников идут уже не первый месяц, многих уже сократили. Но Валентина с Марией надеялись, что их минует участь, которая постигла других.
Загрузив свои вещи в машину, женщины поехали в Киев. Как только сели в машину, Валентина стала курить одну сигарету за другой. В очередной раз, прикуривая сигарету, Валентина уронила зажигалку. Чтобы достать её, отстегнула ремень безопасности, наклонилась и стала разыскивать зажигалку на полу. Наклоняясь, резко увела руль вправо. Машина, мчавшаяся на скорости 90 километров в час, слетела с шоссе и перевернулась. Валентина погибла мгновенно, а Марию без сознания увезла скорая помощь. Её жизнь спасло только то, что она была пристёгнута ремнём безопасности.
С тех пор прошло чуть больше месяца. Вот такая ужасная история.
Я иногда задумываюсь, а если бы Валентина не курила, то возможно, что ничего бы этого и не произошло, и осталась бы она живой?
В какой-то из книг я прочитал: «Курение это настолько дурная привычка, что дурнее - лишь русская рулетка». Оказывается, сигарета также способна мгновенно отнять человеческую жизнь.
***
Лишь только я вернулся в палатные покои, как скрипнула дверь, и в проёме появился сосед.
Николай вернулся хмурый. Ничего не говоря, прилёг на кровать и уставился в потолок. Было понятно, что для выписки из больницы всё ещё горит красный свет. Я посчитал, что неуместно спрашивать о результатах разговора с врачом. Лучше уж узнать, чем закончилась таёжная прогулка.
- Николай Иванович, а что дальше было в тайге?
- В какой тайге? - не понимая о чём это я, спросил сосед.
- Вы рассказывали о том, как заблудились в тайге.
- А, ну да… Заблудился… Заблудился… - Всё ещё пребывая где-то далеко, проговорил Николай. - На чём же я остановился?
- На том, когда волки готовы были напасть на вас, - подсказываю я утраченную соседом нить рассказа.
- Ничегосеньки себе – всё людям! Просто амба какая-то. Что за охоту я прогулял? - поинтересовался Юрий, читавший в это время список лекарств, выписанный врачом для его лечения.
- Николай рассказывал о том, как заблудился в северной тайге, - пояснил я ему.
- Ну, да… - взглянув туманными глазами в окно, где по-прежнему восседали на подоконнике голуби, Николай Иванович продолжил:
- Нужно стрелять, - думаю, - иначе порвут. Сделал один выстрел в сторону стаи. Вой прекратился. Я решил, что они ушли. Но, через несколько минут, завывание стало слышно уже с другой стороны. Прямо у меня за спиной. Я резко развернулся и выстрелил во тьму второй раз. Видимо кого-то из волков ранил, так как раздался страшный рык, а затем скуление и вой.
Тут же стал перезаряжать двустволку. Но волки приближаться боялись. Раненный зверь по-прежнему скулил.
Костёр почти погасал, а сушняка не было. Усталость брала верх. Клонило в сон. Разум говорил: «Спать нельзя! Крепись!»
Но, как я не пытался противостоять сну, он меня свалил с ног. Вначале я присел у затухающего костра. Затем отодвинулся чуть в сторону и привалился спиной к дереву. Двумя руками обхватил ружьё и не сводил глаз с того места, где скулил раненный волк. Глаза слипались. Курил сигарету за сигаретой, чтобы не уснуть. Вскоре пачка закончились. Накурился до отвращения. Во рту першило. Отпил воды из фляжки.