– Хорошо помню. Ты ведь так и не сказал, как выбрался.
– Я не выбрался. Я попал в Центрум. Провалился в него, не долетев до воды. И еще повезло, что рядом оказались нормальные люди. Они помогли сразу же вернуться. Но запомнили, взяли на карандаш. Когда пришло время, мне сделали предложение.
– Стать пограничником?
– Совсем наоборот, стать «контрабасом». Они решили, что из меня получится сильный проводник. Чем раньше человек проходит свои первые Врата, тем проще ему потом. Но проводником я так и не стал.
– Не захотел?
– Не смог. Видишь ли, в теории открыть Врата может любой человек – ты вот, например. Но в реальности это получается у всех по-разному. Одному это как в туалет сходить, другому нужны особые условия. Страх, наслаждение, опьянение, боль… каждый по-своему входит в резонанс. Некоторые между зеркалами встают и вглядываются в бесконечность…
– А как ты вошел? Из-за страха?
– Не совсем. Позже я разобрался – чтобы открыть проход, я должен падать. Довольно долго падать. Тут целый комплекс ощущений – и страх, и потеря ориентации в пространстве… И ладно бы только это… прыгал бы с высоты, авось и привык бы. Но у меня Врата под ногами открываются, понимаешь? Я как на Земле падаю, так и в Центрум «выпадаю». Если бы в тот, первый раз Врата не открылись над озером – разбился бы в лепешку. А куда именно Врата откроются – это лотерея, брат… Вот такая глупая история. В проводники я точно не гожусь.
– А я?
– С тобой разбираться нужно. В принципе, если отдать тебя опытному привратнику, он рано или поздно поймет, что тебе нужно для перехода. Но у нас такой возможности нет. Зато ты везунчик.
– В смысле?
– Зеленый новичок, а уже побывал в двух мирах – в Центруме и здесь. Обычно такое никому не удается. Любое живое существо может пройти из своего мира только в Центрум и обратно, домой. А коренные жители Центрума так и вовсе неудачники – они вообще не способны открыть Врата.
– И как же нам это удалось?
– Единственная версия, которую я знаю, – Поющий лес сам является проводником. Причем таким сильным, что поддерживает Врата постоянно, много лет, нарушая законы этого чертова мироздания. Другой вопрос, что мало кому нужен этот проводник – в мире вонгов делать совершенно нечего. Разве что прятаться. Так, ладно… Где там твои консервы?
Они едва успели перекусить, как появились местные старшины: двое неопрятных, нечесаных аборигенов, замотанных в рванину.
Степан в разговор не лез, он наблюдал со стороны, как брат очень эмоционально и напористо что-то доказывает. Сегодня ему требовался весь запас красноречия – ведь конфискованное у обоих арестантов золото разбежалось по карманам пограничников, не успев попасть в опись. Оба беглеца были сейчас нищими.
Борису наконец удалось о чем-то договориться.
– Нам всего лишь придется отдать им оба автомата, – сообщил он с облегчением.
– Ты уверен, что они нам совсем не понадобятся? – напрягся Степан.
– Ерунда. Главное, оказаться на той стороне. Скажи спасибо, что эти чертовы спекулянты хоть на такое согласились. Всю душу вымотали…
Появился еще один вонг: сутулый и слепой, весь в болячках. Его просто привели и поставили рядом. Через мгновение воздух дрогнул, перед глазами поплыло – и оба брата разом словно окунулись в раскаленный воздух Центрума.
Слепящее солнце ударило по глазам, ноги заскользили по мелким камешкам.
– Держись! – крикнул Борис, хватая брата за шкирку.
Их выбросило на берегу мутной неподвижной реки. Пришлось тормозить всеми конечностями, чтобы не скатиться в зеленоватую воду.
– Вот так… – с удовлетворением подытожил Борис.
– И что теперь? – Степан совершенно не ощущал спокойствия и умиротворения.
– Теперь нужно пройти пешком по жаре около двадцати – тридцати километров. У тебя пистолет вроде оставался? Дай-ка его мне…
– Подожди, сколько?! А ты не мог попросить, чтоб нас поближе выкинули?
– Если б мог – попросил бы обязательно. Кстати, воду из реки трогать не советую. Ты готов?
– Вообще не особо… – после соленых консервов потянуло пить.
– Это досадно. Но все равно пошли.
– Ты уж извини, что отвлекаю такими глупостями, – заговорил Степан, когда они прошагали пару километров по каменистому берегу, – но не хочешь ли ты поделиться планами? Куда мы идем, зачем, что нас ждет, какие вообще есть варианты?.. Ну, чего молчишь?
– Думаю, вот и молчу, – хмуро отозвался Борис.
– А попробуй думать вслух. Мне ведь тоже не вредно узнать о твоих мыслях.
Борис протяжно вздохнул.
– Сейчас мы идем в одно тихое место, где можно разжиться неприметной одежонкой, монетами, да и всякими другими полезными мелочами. Больше всего мне нужны деньги.