– Чем меньше знаешь, тем безопаснее. Никому не говори, что видела меня. Даже маме и папе.
– Но…
Бабушка уже повернулась спиной, собираясь уйти. Натали схватила её за руку:
– Я знаю, что ты не просто уборщица! – Голос её от отчаяния зазвучал пронзительно. – Я знаю, что ты уже минимум один раз маскировалась. Когда…
Одним быстрым движением бабушка захлопнула дверь и оттащила Натали в сторону. Девочка смутно догадалась, что бабушка тянет её в угол, который не просматривается из окон.
– Ты ничего не знаешь, – заявила бабушка.
– Ты помогла детям… – Натали едва удержалась, чтобы не назвать имена Эммы и Финна, – на суде над Кейт Грейстоун. Ты была там, переодетая. Притворялась человеком из толпы. Зачем? Что ты…
Натали увидела мелькнувшее на лице бабушки удивление. Но та тут же опомнилась:
– Меня не было…
– Не лги! – перебила Натали. – Я знаю то, что знаю!
– Ладно. – Бабушка почти выплюнула это слово. Она склонилась к Натали, но не очень-то ласково. – Держи при себе то, что знаешь. Ты понятия не имеешь, кому можно доверять, а кому нет. Я и сама толком не знаю, кто на нашей стороне. Натали, деточка, у нас много врагов. Это обманщики, которые притворяются друзьями. – Бабушка, похоже, умоляла её.
Дверная ручка загремела. Потом щёлкнула.
Натали услышала чей-то голос:
– …если они что-то напутали и мама думает, что я заболела и сижу дома, я имею полное право уйти из школы пораньше! Никто не скажет, что я прогуляла! Мне просто повезло!
Натали отскочила от бабушки – ненастоящей бабушки – и бросилась к двери. Но опоздала. Дверь распахнулась, и Натали оказалась лицом к лицу с другой девочкой. И не просто девочкой – это было зеркальное отражение её самой, в таких же джинсах и футболке. С той разницей, что выглядело оно не таким усталым, растрёпанным и испуганным.
Ну и да – в довершение сходства оно говорило по телефону.
Но отражения такими не бывают. У Натали закружилась голова. Она поняла, что произошло.
Это была не просто незнакомая девочка. И не зеркало.
Перед ней стояла другая Натали.
Глава 30
Натали
– Вы с ума сошли! – воскликнула другая Натали и, оттолкнув с дороги Натали, вошла в комнату. – Ни за что! Я этого не потерплю! Мама и папа достали мне двойника?! Подставное лицо?! И не предупредили меня – просто запустили тебя ко мне в комнату?! Ни за что! – Она бросила телефон на стол, потом передумала и опять схватила его. – Я звоню папе!
– Детка, – негромко сказала бабушка из-за спины у Натали. – Девочка моя, успокойся. Давай поговорим спокойно. В доме сейчас полно посторонних.
Натали повернулась. В ту минуту, пока одна Натали смотрела на другую, бабушка, скинув рыжий парик и коричневый комбинезон, затолкнула их ногой под кровать. Её стильно подстриженные седые волосы слегка растрепались, а лиловый свитер чуть-чуть помялся, но во всём остальном она выглядела абсолютно нормально. Совсем как родная бабушка Натали, если бы та вдруг чудом воскресла.
– Не успокоюсь! – крикнула другая Натали. – Ты шутишь?! Мама и папа побоялись мне об этом сказать и заставили тебя, бабушка? И двойник-то так себе! Наверняка ещё шрамы видны! – Равнодушно, словно Натали была ненужной куклой, которую кто-то подбросил в комнату, другая Натали отвела волосы с её лица. Она явно искала доказательства того, что Натали просто притворяется.
Натали оттолкнула её руку.
– Кто она вообще такая, эта фальшивка? – поинтересовалась она – с запозданием и еле слышно. – Я и есть Натали Мэйхью! Это моя комната и мой дом, а она самозванка! Обманщица! – Видимо, всё-таки Натали не так уж хорошо умела врать. Голос у неё дрожал. Она добавила: – И ты моя бабушка!
Вот это прозвучало как нужно.
Бабушка – другая бабушка – переводила взгляд с одной девочки на другую.
– А я-то думала, что царю Соломону поставили трудную задачку, – пробормотала она.
– Если не ошибаюсь, он предложил разделить пополам ребенка, на которого претендовали сразу две женщины, – сказала другая Натали. – А тут…
– …тебя просят найти разницу между твоей родной внучкой и самозванкой! – договорила вместо неё Натали.
Другая Натали испуганно взглянула на неё. Возможно, Натали произнесла те самые слова, которые собиралась сказать она.
– Прекрати! – потребовала другая Натали. – Перестань подражать мне! Ты меня пугаешь. Это, наверное, папа или… нет, скорее всего это мама устроила, и они велели тебе не выходить из роли. Но ничего смешного тут нет! Вся моя жизнь полетит под откос. – Она вновь умоляюще повернулась к бабушке: – Пожалуйста, поговори с мамой и папой! Они просто параноики какие-то. Я знаю, что мир опасен и мы живём в опасные времена. Но я не дам себя в обиду – я же ходила на занятия по самообороне. Если я буду сидеть под замко́м, а эта девчонка – всюду бывать вместо меня, моей репутации конец! Ты только посмотри на неё! Она даже причесаться как следует не может!