Но проект Милованкина давал о себе знать, и нововведения не укрылись от вездесущего Эрилия.
Глава седьмая
То был канун великого праздника: юбилея её высочества Тайрины. Гарст не любил этот день. Дни рождения его жены отмечались с размахом, в то время как никто даже не поздравлял Нистианда ни с его настоящим днём рождения, ни с тем, который был приписан ему как воскресшему принцу. Наблюдая за тем, как жена развлекается, получая поздравления от многих гостей, юноша чувствовал себя ещё более одиноким. В такие дни он напивался.
Накануне торжества тайный советник сообщил королеве, что с застольем могут возникнуть накладки из-за пустеющей казны, откуда кое-кто подворовывает. Эрилий также сказал женщине, что заметил подозрительную активность со стороны Нистианда, Лидетты и почему-то свободно разгуливающего по дворцу Милованкина.
Разъярённая Тайрина, не разбираясь, приказала увести молодую графиню и Авелира в тюремные камеры, откуда последний с помощью Нистианда когда-то выбрался, а Гарста - найти и запереть в его же покоях. Всё было исполнено. Королева сама пришла к Гарсту и высказала всё, что думает о его неосмотрительных интригах против неё, а затем оставила парня одного под строгим надзором стражи без возможности сделать что-нибудь.
Но вот, глубокой ночью, когда Гарст тихо, пытаясь быть незамеченным охраной, подбирал подходящую отмычку к двери, открывающей проход на кухню, через этот ход к нему вломились Лидетта и Милованкин. Юноша хотел было воскликнуть от радости, но графиня жестом приказала вести себя тихо. Вслед за ними он вышел потайным ходом, и они, короткими перебежками пересекая коридоры, добрались до Тайного кабинета, где и устроили непродолжительный совет.
- Нас вызволил отец графини,- начал Авелир,- он пришёл, когда узнал о той каше, в которую вмешалась его дочь, и открыл нам двери камер, когда мы объяснили, что от этого зависит жизнь короля. А сердобольные кухарки, с которыми уже успела перезнакомиться Лидетта, охотно впустили нас в твои покои.
- И что нам теперь делать?- Гарст недоумевающее поднял брови,- Знаю, что бежать, но куда?
- Есть одно место,- Милованкин провёл ладонью свой гладко выбритый подбородок,- Монастырь святого Сергия, около двух сотен миль на север отсюда.
- Мы должны разделиться,- тут же предложила Лидетта,- Трое - слишком много, чтобы на нас не обращали внимания. А беглецы, поехавшие разными дорогами, могут запутать преследователей. Я попрошу у отца карету, какую-то часть пути мы можем проехать вместе.
- Это слишком опасно, Лидетта,- возразил Нистианд,- тебе лучше остаться здесь.
- Здесь ещё опаснее,- покачал головой Милованкин,- но и в мужской монастырь её не примут. А вот чуть поодаль есть небольшой женский монастырь - там пусть она и остановится, пока буря не утихнет. И лучше воспользуйтесь сами своей каретой: мы в ней будем слишком приметны, а вам будет тяжёл этот путь: всё-таки вы девушка!
- Галантность здесь излишня, но вы правы,- качнула головой графиня.
- Решено!- Авелир кивнул, а затем отошёл в глубину комнаты и принёс оттуда две королевские печати: большую и малую. Он сложил их в походную сумку и вручил её Нистианду,- На тебя, Гарст будет возложена большая ответственность. Береги это.
В полночь спящие улицы столицы Дельсина оглушил цокот копыт: двое путников, укравших коней с дворцовой конюшни, спешно покидали город. Вслед за ними должна была выехать рано утром молодая графиня.
Глава восьмая
К своему родному городку Гарст добрался уже после полудня. Дорога звала его дальше, но юноша решил посмотреть, как изменился он и всё вокруг за эти два года. Несмотря на то, что во дворце ему было не до роскоши, невзрачность и вонь узких улиц поразили беглого короля. Та самая лавка, где работал он так давно, обветшала, товар на витринах заметно поредел. На скрип старой двери выбежал подмастерье, худой и оборванный десятилетний мальчишка. Он испуганно и удивлённо поглядел на посетителя:
- Что вам угодно, господин?
- Привет, малыш,- дружелюбно улыбнулся Гарст и скинул дорогую походную мантию, отдавая её пареньку,- Хозяин дома?
Из подсобной комнатки вышел, кряхтя и опираясь на палку, заметно подряхлевший старик.
- Гарст,- он взглянул в глаза племянника,- Мы думали - ты погиб... Ты разбогател...- и зашёлся сухим кашлем.
- Вам совсем плохо, дядя,- юноша тряхнул своими ухоженными чёрными волосами.
- Лавка прибыли почти не приносит,- простонал сапожник,- Мне бы только семью прокормить, да этого мальчонку. Я его на улице подобрал... сирота...
Гарст покачал головой: у его дяди было несколько дочерей, зарабатывающих жалкие гроши на фабрике, жена, неспособная ходить, и маленький сын. Поэтому после долгого разговора, когда юноша уже собрался уходить, он оставил мешочек с деньгами, прихваченными из дворца. Беглец торопился: у него было ещё одно дело...
Вот и старый трактир, есть и выпивать в котором Гарст считал недосягаемой роскошью. Теперь он лишь поморщился: оттуда тянуло такой ужасной вонью, что внутрь даже не хотелось заходить, не то что что-то заказывать. Но делать нечего.
Внутри было ещё ужасней: юноша сильно отвык от общества простого мужичья, болтаясь в высшем свете, хотя и сам был далеко от него. Но здесь он будто с небес на землю упал.
Те, кого он искал - Данэль с тремя дружками - сидели в уголке, в обнимку с бочонком дешёвой браги. Гарст внутренне ухмыляясь, подошёл к ним и уверенно сел к ним в кружок. "Интересно, узнают ли они меня?"- подумалось юноше.
- Что вам надобно, сэр?- грубо спросил незваного гостя Данэль, всем видом говоря, что, мол, "Незнакомцев не звали!"
Гарст был ниже его на полторы головы, неширок в плечах, бледен и худ, но теперь у него была своя сила: деньги. Он вальяжно откинулся на спинку стула.
- За мной должок кое-кому оставался,- мешочек с золотом был брошен на стол и гулко зазвенел,- этого хватит сполна.
- Гарст, ты что ли?- Данэль попробовал одну монету на зуб и громко рассмеялся, дружески ударив уношу по спине, да так, что у того в глазах потемнело.
Гарсту нужны были эти люди. Перед отъездом Милованкин посоветовал найти кого-нибудь сильного из круга юноши для охраны. Путь предстоял опасный: тут и дальность путешествия, и королевские гвардейцы на каждом углу. Авелир-то мог постоять за себя, да и не вёз ничего важного, кроме своей умной головы. Гарст же был слабее физически и вёз то, что нельзя было потерять: королевские печати и, главное, королевскую подпись.
На предложение отправиться с неожиданно разбогатевшим товарищем в качестве телохранителя (Гарст объяснил, что путь будет нелёгким, но не объяснил, почему, предпочитая скрывать своё причастие к государственным интригам) согласился один Данэль. Его прельстила названная сумма оплаты за поездку, а в опасность он, в отличие от других, не поверил. Беглый король был рад этому: Данэль был так же не в ладу с законом, и, пока юноша имел при себе деньги, он мог положиться на верность друга.
Так что следующим утром они уже вдвоём отправились дальше. За городом начинался лес. Придерживаясь тропинки, что вела на север, они к вечеру доехали до спрятавшегося среди чащи посёлка. Путники остались ночевать в одном из небольших домиков на окраине. Собирался ураган.