Олег нахмурился. Всё явно шло куда-то не туда.
— Послушайте, Кайсар…
— Просто Кайсар, — подсказал волк.
— Просто Кайсар, — продолжил в тон ему Олег. — Я уже понял, что вы хотите его выгородить. И мне наплевать, честно. Мне нужны только деньги за дверь, которую он расфигачил, и гарантия, что я его больше никогда не увижу.
Волк наклонил голову, нахмурился и сцепил руки в замок.
— Не совсем так. Я имею в виду, что выгораживать мне его незачем, поделом, но от заявления я бы всё-таки попросил вас отказаться.
— Почему же? — Олегу и вправду стало интересно. Ни папаши, ни жалости, похоже, на долю Сета не выпало.
Кайсар поджал губы, будто бы отвечать на этот вопрос было постыдно, и поёжился на стуле. Затем наконец собрался со словами и подался вперёд, облокачиваясь на стол.
— Дело в том, что безусловно глупая и необдуманная выходка Сертая может навредить его близким, и он об этом не подумал. Как всегда.
На лице Олега взметнулось настолько красочное удивление, что Кайсару даже не нужно было ждать, пока он задаст хоть какой-нибудь вопрос.
Волк причмокнул, встал с кресла и подошёл к окну.
— Очень прошу вас воздержаться от заявления, иначе моя карьера будет под угрозой.
— Чего?
Олег не был уверен, что услышал именно то, что сказал Кайсар. Но когда волк наконец оторвался от окна и повернулся к Олегу лицом, всё встало на свои места.
То-то с самого начала Олегу показалось, будто это лицо он уже где-то видел.
Такие же нос, скулы и разрез глаз, только не жутко-янтарных, а тёмно-карих, почти чёрных даже в ярком освещении кабинета. Копия один в один, только спустя лет двадцать: то ли от тяжёлой работы, то ли от реальной разницы в возрасте, то ли от всего вместе.
— Вы его брат, — догадался Олег.
— Я готов предложить вам любые деньги или преференции, какие смогу организовать, — вместо ответа затараторил Кайсар. — Понимаете, Сертай делает глупости, но никому не причиняет вреда. Он просто не думает о том, как это может аукнуться. Всегда был таким, я вообще думаю, что у него есть что-то с головой, — Кайсар выразительно покрутил пальцем у виска, — но матушка запрещает мне проверить. Обычно она за ним и следит, но тут он сбежал, как она отвлеклась на клиента…
— Мне не интересно, — негромко, но уверенно отрезал Олег. — И «преференции» мне ваши не нужны.
Олег встал со стула и так и застыл на месте, не зная, куда деть себя из этой ситуации.
— Просто возместите ущерб за дверь и не трогайте меня больше.
Заявление он и так не хотел писать, а теперь ввязываться в это Олегу совсем не улыбалось. Грызня внутри корпораций за место потеплее и поближе к главному офису была ничуть не бескровнее, честнее и чище грызни самих компаний между собой, когда выбирался новый ведущий отрасли. Всему этому предшествовали нескончаемые и похожие друг на друга рекламные кампании разных холдингов, потом торги и голосования.
Победитель этого перформанса становился монополистом в медицине, охране, энергетике или производстве какой-нибудь вещи, пока не облажается, а остальные ждали его прокола и пытались сами выискать у действующего лидера провал или оплошность.
Такие же подковёрные игрища, был уверен Олег, но в миниатюре, происходили и в двадцать первом отделении. И чтобы его не затянуло под этот самый пыльный и протёртый ногами половик, нужно было оказаться от него как можно дальше прямо сейчас.
— Я вас понял.
Кайсар будто бы смущённо почесал щёку ногтём указательного пальца, сделал два гулливерских шага до стола и открыл верхний ящик. Олег стоял полубоком, да ещё со слепой стороны, и нервный импульс заставил его резко развернуться, когда волк потянулся за чем-то. Своё неловкое и резкое движение Олег закончил в тот же момент, как на стол опустился толстый белый конверт.
— Это — возмещение ущерба, — хрипловато проговорил Кайсар.
Даже не трогая конверт, Олег уже понимал, что это куда больше, чем обычно просит слесарь за самый простенький замок.
— Я это не возьму, — неубедительно даже для себя возразил он. Конечно, Олег не забыл, что вчера днём он официально вступил в ряды безработных, а пенсии, которую ему платят по медицинской страховке, не хватит и на то, чтобы просто заплатить за электричество. Ему нужны были деньги, но не эти.
— Я вас без них никуда не пущу, — почти рыкнул волк. Потом как будто понял, как это прозвучало, неловко улыбнулся, прижав шею к плечам и процедил:
— Будем считать это моим персональным извинением за Сертая.
Сам Сет, как только Олег вышел из кабинета Кайсара, отвлёкся от изучения потёков краски на стене, но не шелохнулся. Лишь проводил Олега глазами, которые от залёгших под ними теней будто стали светиться ярче, от порога одной двери до другой.