Старец кивает: должен. И снова мыслями стремится к вестям для князя. Ведь младший братец этой славной Маньки-то точно где-то должен найтись. Так было всегда, и правило это вырезали на плоти жизни, когда ещё сам Старец не пробудился в первый раз. Такие шрамы не зарастают, слишком уже стара она — Жизнь.
— Я впервые очнулся, когда мир был мал, а новые Столпы рождались подобно раскрывающимся бутонам цветов поутру. Старшие учили младших, а те, кто умирал, вскоре возвращались снова.
— Наверное, это было чудесно.
Старец улыбается в бороду.
— Представь себе мир, которым вертит свора стариков, и они из жизни в жизнь друг с другом доспориться не могут. Вот такими было большинство. А потом…
А потом времена, когда новые Столпы являлись с каждой Луной, закончились. Много лет ничего не менялось, пока Старец не заметил скарядие, которое выступило против всего, что знали Столпы.
Главы 6-7
6. Время Сета
Нелли осталась у Олега на ночь, как оставалась многие разы до этого. Они накрылись одним покрывалом, и там, будто в тайне ото всех, держались за руки. Глядели, как полоски света переползают потолок тёмной комнаты.
Через открытую форточку с улицы доносились чьи-то шаркающие шаги, шелест листьев и запах мокрой земли.
За два года, которые они были знакомы, ни один из них так и не нашёл в себе достаточно сил, чтобы толково объясниться.
Кто они друг другу?
Их знакомство ознаменовало заливающее с головой, тянущее в чёрные воды горе. Она вытянула его оттуда, остановила перед непоправимым, и с того дня, с их самого первого разговора, они намертво вросли в жизни друг друга.
Олег обнимал её, не смея делать большего, рассказывал ей выдуманные им истории, не смея говорить главных слов. Она слушала его, боясь спугнуть хрупкое спокойное счастье и его мечтательный настрой.
Они так и уснули, ладонь в ладони. А проснулись уже с утра от разбивающего сны на осколки визгливого дверного звонка.
Пытаясь вспомнить себя и прогнать вон умудрёного и печального Старца, которым он был во сне, Олег оторвал голову от подушки и зло посмотрел на дверь в коридор.
Звонок повторился.
Стряхнул с себя остатки сна, тяжело поднялся и сел на кровати. Нелли тоже проснулась и чесала пересохшие глаза, пока её короткие кудряшки рыжим облаком лежали на подушке.
— Ты кого-то звал? — спросила она.
— Нет, но догадываюсь, кто сам себя позвал, — буркнул Олег, набрасывая на плечи флисовую рубашку.
Прошаркал в коридор, посмотрел в дверной глазок и устало выдохнул. Ещё несколько секунд держался за рычажок свеженького замка, собираясь с мыслями, пока визг звонка раздражал уши.
Ещё один надрывный «дзынь», который, минуя уши, сразу ударил по мозгам, и Олегу пришлось приоткрыть дверь. Не снимая хлипкую цепочку, он бросил в щель едкое:
— Иди к чёрту.
— Я от него, — в проёме появилась длиннопалая жилистая рука. Она схватилась за край двери так, что теперь её закрыть можно было только размозжив нагрянувшему пальцы.
— И что ты дуешься? Я ж даже в этот раз в дверь позвонил!
— Ну спасибо! А теперь возвращайся, откуда вылез!
— О, — прозвучало удивлённое. Посетитель толкнул дверь, и цепочка лопнула, как перетянутая струна. Створка открылась нараспашку.
— Так мы перешли на «ты»?
На пороге стоял Сет. Он был взъерошен и помят, под его глазами уже лежали не тени, а простирались два глубоких оврага — будто со дня первой встречи с Олегом Сет так и не сомкнул глаз.
Сам Олег застыл перед ним в каком-то бессилии: этот жуткий тип напирал и преследовал, не боялся ни последствий, ни времени. Он был или совершенно чокнут, или правда хотел поделиться с Олегом чем-то важным. И одно хуже другого.
Ему не нужны ни деньги, ни вещи. Похоже, что ему нужно только его, Олега, внимание. Но не могут же россказни об энергиях и душах быть правдой? Не могут же они оказаться настолько важными, чтобы хотя бы попытаться стать правдой?
Зачем он пришёл?
— Я пришёл, чтобы ты меня выслушал, — ответил Сет на так и не заданный вслух вопрос. — То, что я рассказал позавчера — правда, и я могу доказать это. Тебе только нужно со мной кое-куда сходить.
— Нет.
Олег остервенело сопротивлялся и сам не мог понять, откуда в нём столько злобы, печали и тоски при взгляде на Сета. И эти чувства одновременно заставляли Олега и оттолкнуть незнакомца как можно дальше, и, напротив, пустить внутрь.
— Кто ты вообще…
— А я и не знала, что это твой друг!
Олег медленно обернулся. Нелли стояла на пороге его комнаты, в мятой футболке до колен и следом от подушки на щеке. Сет тоже застыл у двери, нахмурился, пытаясь вспомнить, где они могли столкнуться.