— Слушай, — вклинился Сет. — Я его не за этим сюда привёл.
Сотый захлопнула книгу и поставила её корешком на свои колени.
— И зачем же ты привёл постороннего, который даже не может доказать, что он — тот самый?
— Это точно он. Печать за триста лет он мог и потерять. Проверь как-то по-другому.
Сотый смерила Сета холодным взглядом и выдавила:
— Хорошо.
Она снова раскрыла книгу, тусклая лампа подсветила поднявшиеся в воздух золотые пылинки.
— Как Хароерис смог вернуть себе око? — спросила Сотый, пробежавшись взглядом по первым страницам.
— Хароерис? — переспросил Олег. Он такого имени не знал.
— Сотый, заканчивай, когда это было...
— Ты всё ещё помнишь, на сколько частей порубил своего братца перед тем, как сбросить его в Нил, отчего бы ему забыть такую важную вещь?
— Да потому что… — начал Сет, но в глазах Олега вдруг что-то мелькнуло, он резко вспомнил и выкрикнул:
— Хатхор!
Сет застыл в своём возмущённом движении, хитро сверкнул глазами. Олег не знал, что он себе тут же придумал, ведь просто вспомнил яркую картинку из детской энциклопедии про Древний Египет. На ней над мускулистым загорелым мужчиной в золоте склонилась красавица с вплетёнными в строгое карэ бриллиантами. Она поила его из глиняного кувшина, чтобы вернуть потерянное око.
— Молоко газелей. Но это по одной из версий…
Сет тут же нахмурился, а одна из бровей Сотый подскочила вверх.
— По второй ему помог Тот.
— И какая же из них правдивая? — с ядом спросила Сотый.
— Я не знаю.
Сотый смерила Олега критичным взглядом и, будто в чём-то его заподозрив, принялась усиленно листать книгу.
Что у неё там, «Сто занимательных фактов для самых маленьких»?
— Вот. Как звали князя, терем которого тот, за кого ты себя выдаёшь, предал огню?
Откуда ж Олегу было знать? Будто мало сараев успело погореть во времена, когда их складывали из дерева?
Да и разве он себя за кого-то выдавал?
Олег тоскливо взглянул на Сета, будто ему нужна помощь. Иначе их команда не сможет забрать балл в вопросе про какие-то горящие терема. Это же какой-то квиз или что-то в этом роде?
Постойте.
Терема?!
Олег резко вскочил с подушки, и усевшаяся в его ногах чёрная кошка мгновенно растворилась в тенях.
Уже вторую ночь подряд его терзали сны о том, как убелённый сединами дедушка и два отрока пытались пробраться в терем к князю. И между собой они даже говорили о поджоге.
Вот только имени князя так и не прозвучало.
Сотый смерила Олега строгим взглядом, не дождавшись от него ответа.
— Что узнал Вотан, испив из источника мудрости?
Взгляд Сета похолодел. Он вскинул руку, будто удерживая Олега от ответа.
Он и Сотый долго смотрели друг на друга, беззвучно споря о чём-то, что не предназначалось для ушей Олега. Наконец Сотый разрезала тишину:
— Это не он.
— Осир признал его, — прорычал Сет.
— Осирис, — Сотый с нажимом подчеркнула более уважительную форму имени того кучерявого юноши, — живёт уже так долго, что давно выжил из ума. А ты и рад за ним, следом.
— Ну а вы, Сотый, — Сет почти скрежетал зубами, но удержал почтительный тон. — Немногим же моложе, правда? Так что же, ваших обширных знаний не хватит, чтобы каким-то ещё способом убедиться, что это тот самый?
Сотый нахмурилась, почесала щёку кончиком пальца. После таких лестных слов ей совсем не хотелось отказывать.
— И зачем же на самом деле ты пришёл ко мне, Сет?
— Напыщенная тупая кляча! — Сет со всей дури пнул оставленную кем-то железную банку. Она отлетела на несколько метров и загремела о каменный тротуар. — Только время потратил!
Сет резко рухнул на корточки, схватившись за голову. Олег с тревогой смотрел, как тот немного покачивается из стороны в сторону, словно пытаясь убаюкать себя. На лбу Сета пульсировала жилка.
Олег держался от него на расстоянии нескольких метров, лишь неловко улыбаясь прохожим. Время Сета уже вышло, и Олег мог бы просто уйти домой, но что-то его останавливало.
— А почему её так странно зовут?
— Кого? — спросил Сет, смягчившись.
— Эту «клячу».
Сет отнял руки от головы, но так и остался сидеть на корточках.
— Да она старшая из наших сейчас, ей как сотый год стукнул, так и считать перестали. Сама сказала так её и звать, а кто более древнее имя помнил, помер и пока не вернулся.
Сет усмехнулся.
— Сама — голову в песок, а за остальными записывает.
В чердачном полумраке Олег так до конца и не разглядел Сотый, но по коже её рук, манере говорить и глубоким морщинам, исчертившим лицо, и вправду читался весьма почтенный возраст. Рядом с ней дедушка Олега, Харитон, мог бы оказаться молоденьким мальчишкой.