Это точно он, и теперь у Виолетты не было сомнений. Она заметила его ещё вчера в Жёлтом доме, когда навещала старого знакомого. Тогда парень выглядел испуганным и держался за наглым и вездесущим Сетом, который, даже попытайся она подойти, не подпустил бы к Одноглазому никого.
Виолетта сказала пару слов главврачу, тот настороженно кивнул и согласился встретиться позже, а затем засеменил по коридору вперёд. Она же толкнула дверь палаты и шагнула внутрь.
Олег не обернулся на звук: здесь постоянно кто-то сновал туда-сюда, створка коротко бухала, закрываясь, и скрипела в петлях. Вдобавок, в машине скорой ему вкололи успокоительное, и теперь Олег чувствовал себя повисшим посреди черноты, барахтающимся в тягучей жиже, которая, хлюпая, затягивала всё глубже.
На его плечо опустилась ладонь. Это оторвало Олега от бесплодного созерцания маленького заусенца на мизинце Нелли. Её руки аккуратно лежали поверх одеяла, веснушки цвели на тонких предплечьях, а в вену на обратной стороне руки жадно впивался катетер капельницы.
Олег обернулся. Он ожидал увидеть медсестру, которая устраивала Нелли в эту палату и переодевала её в больничную ночнушку, но вместо этого обнаружил возле себя женщину с длинной чёрной косой и ястребиным взглядом. Она была одета в строгий брючный костюм, с её плеч, подобно белому плащу, стелился больничный халат. Она стояла, скрестив руки на груди, и внимательно разглядывала Олега.
— Это ведь ты, да? — спросила она.
И тут Олег вспомнил её. Не только то, что мельком видел её вчера, но и то, что он встречал эту женщину в своих снах. Она была куда старше Маньки, но стояла точно так же: непокорная, строгая и прекрасная, когда вглядывалась в поедающее терем пламя за мгновение до того, как броситься в него.
— А ты, молодушка, врач? — подал голос Харитон, сидящий возле окна. Он оценивающе оглядывал Виолетту, пропуская между пальцами свою золочёную бороду.
— Нет, не врач, — уклончиво ответила она и бросила на Олега мимолётный выразительный взгляд. — Старая знакомая.
— Дедушка, — кажется, Олег так обратился к Харитону впервые лет за десять. — Я сейчас умру от жажды, можешь что-нибудь принести?
Харитон глянул на Виолетту, проворчал:
— Я тебе девка на побегушках?
Но всё же с лавки он встал и, картинно кряхтя, вышел из палаты.
Виолетта пододвинула стул, чтобы не садиться на койку Нелли, наклонилась совсем близко к Олегу. В палате было ещё трое больных: одну из них держали за руки безутешные родственники, над второй хлопотали медсёстры, а третья лежала и смотрела перед собой невидящим взглядом.
Пусть от самого любопытного слушателя они и избавились, говорить всё равно нужно было тихо.
— Я помню вас, — зашептал Олег, чувствуя, что робеет перед ней. — Видел во сне.
Виолетта взглянула на него исподлобья, явно растерянно.
— Так, значит, ты правда всё забыл?
Олег поморщился, глядя в сторону:
— Почти.
Ему уже начало надоедать то, как часто незнакомцы пытаются оценить, что он знает, а что нет. Его словно проверяют на вшивость, сравнивают с тем, кем он уже давно не является. И являлся ли?
Виолетта несколько секунд задумчиво смотрела куда-то за спину Олега, накручивая на палец кисточку от косы. Потом вздохнула и заговорила куда радушнее, чем он ожидал:
— Я работаю в ХэльМеде. Могу ей помочь.
Олег взглянул сначала на Нелли, потом на Виолетту и чуть не вскочил с койки. Виолетта остановила его порыв, уцепившись за рукав: не хватало ещё разводить драму и привлекать внимание.
— Меня зовут Виолетта, — представилась она. — Моя лаборатория работает над вакциной. После неё девочка обязательно проснётся, и никаких побочных эффектов не будет.
Олегу резко стало не хватать воздуха.
— Сразу же?
Виолетта покачала головой:
— Мы не кудесники, и когда она проснётся, зависит только от неё. Но она будет в порядке.
Олег потупил взгляд:
— Я всё равно ужасно вам благодарен…
— Не нужно, — перебила его Виолетта. — Считай, это в часть старого долга.
Какого долга, Олег не знал. Но если она говорит правду, то он уже был почти рад тому, что эта женщина ещё и что-то задолжала тому, за кого его принимают.
— Она из наших? — вдруг спросила Виолетта.
Олег замялся, не зная, что ответить.
— Это ничего не изменит. Мне просто интересно.
— Нет… Не из наших.
Виолетта горько ухмыльнулась.