Ещё более засыпанная вещами квартира вздохнула пылью, когда Олег шагнул в длинный коридор. Сразу слева от входа притаилась маленькая кухня, на которой и одному человеку приходилось ютиться. В середине коридора белела плотно закрытая дверь в комнату Олега, а в конце находились ещё одна запертая дверь и арка, через которую на паркет стелились солнечные квадраты.
Олег сбросил с ног незашнурованные кеды и стал открывать вторым ключом свою комнату. Сейчас с ним в этой квартире никто не жил, но он всё также по привычке всегда закрывал дверь на два скрипучих оборота. Ему не хотелось, чтобы внутрь мог заглянуть зашедший полить цветы Харитон или зачем-то нагрянувшие родители.
Ничего такого в этой комнате не было, даже наоборот. Огромная и кондовая, прабабушкина чешская стенка со встроенным письменным столом и полками, заставленными пыльными книгами и всякой мелочёвкой, прохудившийся диван с торчащей пружиной и зажатая шкафом кровать — вот и всё.
Небрежно скинув рубаху по пути, Олег доковылял до кровати и плюхнулся на неё так, что в воздух поднялась пыль. Она золотилась в солнечных лучах, танцевала, кружась, и вновь оседала на плед.
Несколько минут Олег не шевелился и почти не моргал, только смотрел в потолок. Во времена, когда он мог проводить так целые дни и даже недели, Олег наклеил туда огромный плакат с картой мира. Постер оказался тяжеловат, вечно отклеивался, и Южная Америка начинала тянуться к постели своим острым когтем. И сейчас край, на котором был нарисован континент, только медленно отлипал от побелки.
Олег ужасно устал, а на сегодня ещё были дела.
Он дёрнул головой, сбрасывая мутную пелену, тяжело поднялся. Открыл ящик стола и достал оттуда серебристый блистер, который всегда возвращал его в реальность. Выдавил крупную таблетку и отправился на кухню за водой. Когда он вертелся возле окна, разыскивая на полках чистую кружку, что-то привлекло его внимание. Он резко вжался в стену у холодильника и опасливо выглянул во двор. Тёмной долговязой фигуры, которая ему только что померещилась на тротуаре, не было.
Олег дрожащими руками схватился за телефон, снова набрал по памяти заученные цифры. Спустя несколько тягучих гудков ответа не последовало.
2. Чужак
— Пить будешь?
— Хотел бы, — нервно усмехнулся Олег. — Нельзя.
— Да, извини. Забыл совсем. — Коля шевельнул плечами, продолжая пялиться на дно своего стакана.
Они с Олегом сидели в крошечном прокуренном баре, вход в который даже при всём желании можно найти только уткнувшись носом в обшарпанную жёлтую дверь в самом мрачном углу, какой только можно представить. Если удача в иной день была не на стороне жаждущих водянистого пойла, приходилось вызванивать местного бармена Енисея. Тот мог даже не взять трубку, но понять, что к нему гости, и будто бы заставить стены расступиться. Жёлтая дверь тут же обнаруживалась на самом заметном месте.
Коле никогда не нравилось то, что смешивает Енисей, но так повелось, что они с Леной и Олегом ещё со старших классов встречались всё чаще и чаще только здесь.
— Как ты?
Олегу было сложно ответить на этот вопрос. Может, из-за давно привычного душного полумрака с дрожащим неоновым светом, а может потому, что он наконец понял, как на самом деле устал. Впервые с утренней поездки в метро он не ощущал на затылке пристального взгляда.
— Да как обычно, — соврал Олег.
Коля вяло кивнул, хлебнул из стакана что-то отдалённо напоминающее «Маргариту».
— Мы с Леной уезжаем.
Олег замер, только сильнее впившись ногтями в ладони. Что-то в его груди упало.
Коля внимательно посмотрел на друга. В носу защипало.
— Ты же понимаешь…
— Я всё понимаю, — отрезал Олег. – Ничего мне объяснять не надо, не слепой.
Оба молчали с минуту.
— Сейчас нормально выпускают?
— Ну как «нормально». Задают кучу вопросов, делают тесты, почти пандемия всё-таки…
— Да, будет плохо, если болезнь выйдет за пределы города, — серьёзно сказал Олег.
— Я знаю, — ещё более резко ответил Коля. Затем одёрнул себя, выдохнул в сторону. — Но сейчас мы практически в ловушке. Ждём, когда захлопнется.
— Что, веселитесь? — с усмешкой спросила вернувшаяся с новыми стаканами Лена. Она умостилась на диван рядом с Колей, как всегда, улыбаясь.
Они с Колей контрастировали на всех уровнях: начиная от внешности (чёрная копна кудрявых волос против белого «ёжика» Коли), и заканчивая вкусами в кино (Андерсон против Хичкока). И тем не менее вместе они всегда казались одним целым.
— Олег не сильно рад новостям.
— Ещё бы он был! — Хохотнула Лена. Затем она наклонилась через стол ближе к Олегу и затараторила: