— Рассказывай, зачем пришла? Или сейчас охраннику крикну и всё, на пятнадцать суток присядешь.
Девушка закатила глаза.
— Может, лучше тебе на лицо? — с вызовом произнесла она и опять рассмеялась, когда я ошалел от такой наглости. — Да остынь, журналистка я. Пришла пофоткать, как вы тут героически отдыхаете.
— Докажи, — с каменным лицом затребовал я, чтобы никаких желаний никуда садиться у неё больше не возникало.
Она включила «мыльницу» и начала листать фотки. В основном там действительно были подвыпившие студенты с тусовки, а затем пошли фото, где девушка стояла с ректором, пожимала руку докторше Дэниелле, стояла с микрофоном в числе прочих представителей СМИ.
— Документы? — невозмутимо произнёс я.
— Какой дотошный! — возмутилась она, но с улыбкой. — На, Алан Канто Рэй. Не буду больше за тебя голосовать, зануда ты редкостный.
Скривившись, бросил взгляд на бейджик, который она достала, задрав толстовку и обнажая простую белую обтягивающую майку, под которой явно не наблюдалось лифчика.
— Ладно, свободна. Убедила. Вали, пока не передумал.
— Да куда ж я свалю, красавчик? — спросила она, прижимаясь ко мне. — Там злые дядьки с фонариками. — Она состроила испуганную мордашку и заглянула прямо в глаза. — Нельзя мне сейчас к ним, давай переждём.
Теперь я закатил глаза.
— Расскажи, что ли, пока, как тебе тут?
— Я на интервью не записывался.
— Зря! У тебя б, знаешь, как рейтинги взлетели. Ну, давай, расскажи. Не страшно? У вас тут, говорят, детишки пропадают.
«Набежали детишки и принялись самоубиваться по всей делянке», — чуть было не сострил, но вовремя осёкся.
— Смотри, как бы журналистки пропадать ни начали. А то у меня, знаешь ли, — я продемонстрировал запястье, — чёрный браслет.
Но на неё это не произвело никакого впечатления, она лишь многозначительно посмотрела и как будто принюхалась, чуть ближе припав ко мне.
— Ты что делаешь? — отшатнулся я.
Она зажала мне рот ладонью и прижала плотнее к дереву. Луч фонарика скользнул совсем близко, а она улыбнулась и вздёрнула бровь как бы говоря «видишь, от меня тоже есть польза». Мы лежали так ещё какое-то время, пока лучи не удалились на безопасное расстояние.
— Увидимся, — завершая знакомство на такой странной ноте, произнесла девчонка и легонько щёлкнула меня по носу. — Не скучай!
Подмигнула и умчалась так же быстро, как появился. Её хрупкий силуэт в тёмной толстовке быстро затерялся меж деревьев.
«Не закрытая территория, а проходной двор какой-то», — проворчал про себя и направился к выходу из парка.
Бейдж у неё был, а вот пропуск вряд ли раз от охранников пряталась. И если уж обычная журналистка смогла прокрасться сюда, то не удивительно, что на проекте студенты пропадают. Кто угодно прокрадётся и сделает что угодно с учениками. Ситуацию нужно исправлять. Если не силами руководства, которое зашевелилось, лишь когда это коснулось непосредственно спонсорских детей, значит, силами студентов. Создадим, например, дружину или нечто подобное.
Вот только сдадим этот комплексный экзамен, и подниму вопрос. Сейчас всё равно никто слушать не станет, все волнуются и готовятся к испытаниям. Никто не знает, что нас там ждёт.
Главное, чтобы не было слишком поздно.
Глава 30
У меня всё получится! А если нет — попробую ещё разок.
Таков был мой девиз по жизни.
И решив не изменять себе, забрал его в жизнь новую и не менее увлекательную. И если поначалу все эти приключения в мире магии казались мне отпуском от рутины моего мира или просто ярким увлекательным сном, то теперь всё больше ловил себя на мысли, что начинаю приживаться здесь и срастаться новой реальностью. Прошёл какой-то месяц, а я уже не мыслил жизни без тренировок по ментальным практикам, телекинезу, теории «супергероики» и прочим дисциплинам, которых в моём родном мире быть не могло.
Да и к ребятам уже привык. Странное дело, но мы как-то быстро и крепко сдружились. Заводить новых друзей, когда тебе под тридцать становится сложно, а тут — целый набор талантливых парней и девчонок, жаждущих общения и сплочённости.
Непривычно. Особенно после того, как много лет посвящал себя спорту и соревнованиям, где почти не было друзей, но зато конкурентов хватало. На этом проекте конкуренция, конечно же, тоже была, но здесь мы часто выступали в командах, а не так, как я привык — всегда один и сам за себя.
Изворотливый Шен воспринимался как младший брат, молчаливый Терр — как боевой товарищ, а девчонки… А девчонки всегда могли украсить любую компанию.