Старик же не терял хватки: впивался пальцами в шею, а взглядом — в самую душу. Это было похоже на гипноз и подчинение воли. Никогда не был замечен в том, чтобы проявлять податливость к подобным вещам, но силу, исходящую от чудовища, ощутил в полной мере. Будь во мне чуть больше впечатлительности, уже бы безвольно обвис в его руках, позволяя сделать из себя марионетку.
— Не на того… напал… — процедил я. — Никаких тебе больше побрякушек не будет… истлевший ты кусок говна!
И со злостью, как тогда в раздевалке, «крикнул» без крика на всё, что было в комнате. И если в прошлый раз со стен сорвало фены, то теперь задребезжали шкафы, и каким-то невероятным образом шприцы и режущие инструменты не вылетели из отсеков, а просто оказались снаружи, как по мановению волшебной палочки. И стоило мне отдать им ментальный сигнал вонзиться в душителя, как они тут же проткнули его тело со всех сторон.
Монстр дёрнулся, ослабляя хватку. Этого замешательства хватило, чтобы извернуться и пнуть душителя в грудь, а затем и вырваться из его цепких лап. Я упал на пол, откашлялся и ухватил кочергу. Двумя меткими ударами заставил Уолтера-Джека взвыть от боли и развеяться в пыль.
— Хватай! — крикнула Руби, кидая мне в руки «цацку». — С перстнем он может быть более уязвимым!..
Я думал, что девушка в ужасе хнычет, забившись в угол, а она, оказывается, дотянулась до конверта с перстнем, достала его и решила проверить свою теорию.
— А если он станет могущественней?
— Не попробуешь — не узнаешь, — беззаботно пожала плечами. — Но не должен. В бестиариях описывались похожие случаи взаимодействия с аномальными сущностями, это обычно делало их более «земными».
— Что ж… Попробуем… — согласился, не особо веря в успех.
Руби девчонка мозговитая, много читает и точно знает больше, чем я, а значит — фигни не посоветует. Но знать наверняка не может.
Отвратительная морщинистая рожа снова показалась из-за стены, не оставляя времени на раздумья. Нужно было действовать. И действовать быстро.
— К победе! К успеху! В путь! — проорал я полюбившийся боевой клич и бросился вперёд, уворачиваясь от когтистой лапы, метившей мне в лицо.
Дальше всё происходило как в кино. Адреналин и азарт ударили в голову. Перстень, подкинутый мною в воздух, блеснул в свете потолочных ламп и, сделав несколько оборотов в воздухе, на секунду замер в наивысшей точке. Когда он полетел вниз, душитель-Джек уже переместился к своей «прелести» и подставил ладонь.
— Мо-о-оё-о… — на выдохе прохрипел он, сжимая добычу в кулаке.
Колючие тёмно-серые глаза недобро блеснули.
— Попла-а-атитесь…
Хрипы и утробный рык заставили поежиться, но отступать было некуда.
— Сдохни! — выкрикнул я, со всей силы замахиваясь кочергой.
К нашей радости и удивлению та впилась в скулу, кроша старческий череп. В его холодных глазах отразились смятение и необъятная ненависть. Печать Потока пока не раскрылась во мне в полной мере, но позволила усилить атаку в тот момент, когда это потребовалось. Не зря я носил её эмблему с гордостью на отвороте парадного пиджака.
Руби откуда-то вытащила наручники и кинула мне. Скорее всего, они хранились для новоприбывших героев-уголовников, которых медсестричка Чили приковывала к креслу на период введения в курс дела.
Металлические браслеты привлекли внимание душителя не меньше, чем наши чёрные. Он перевёл взгляд на блестящий металл, забыв обо мне, и я ударил ещё раз. Теперь монстр не стал церемониться. Кинулся ближе, чтобы атаковать, но просчитался.
Увернувшись от его костлявой клешни, я извернулся и застегнул на ней одно «кольцо» браслета, а вторую часть — защёлкнул на батарее. Способности противника, как и предсказывала Руби, притупились. И хоть он ещё сохранял способности почти мгновенно перемещаться, это происходило за счёт высокой скорости, а не посредством телепортации. Так что, дёрнувшись пару раз, душитель Джек застрял у батареи, давая мне возможность сконцентрироваться и сосредоточить всю силу в едином ударе.
Изловчился. Размахнулся. Напал.
И с лёгкостью фехтовальщика проткнуть сердце монстра насквозь.
Несколько мучительно долгих секунд мы с Руби ждали, что произойдёт дальше. Иссохший призрачный Уолтер-Джек Тейлор стоял и поражённо разглядывал прошедшую сквозь него железяку. Мы с Руби глазели туда же, боясь двинуться или что-либо произнести. И когда я уже подумал, что всё было тщетно, душитель завыл.
Так громко, что заложило уши.
Вой был нечеловеческим, до мурашек потусторонним. Похожие вибрации исходили от червоточин. Но эти усиливались обидой и яростью, и имели однозначно зловещий оттенок. Не удивительно, что «дитя» червоточины был похож на то, что его породило. Вот только сама аномальная зона не имела ни негативной, ни позитивной окраски. Не выражала ни ненависти, ни радости. Просто была. Просто искажала реальность. И как будто просто не переставала меня звать.