Ишиб Парет принадлежал к побочной ветви семейства Хрост. Его дар обнаружился очень рано и поразил всех своей силой. Конечно же ишиба такой мощи хотели использовать все, включая короля Ортера. Но Парет отказался от военной службы. Его привлекало познание. Долгие годы Парет провел в обучении у лучших ишибов, затем предпринял многолетнее путешествие по различным странам материка. Потом он осел в столице и основал свою школу, которую назвал «Возвращение». Многие связывали смысл названия с тем, что ишиб вернулся наконец домой, но он не подтверждал и не опровергал их догадки.
К немуто и направлялся Михаил на следующий день после своего признания в том, что он – единственный законный претендент на престол.
Школа размещалась в центре Парма на территории огромного сада, бывшего собственностью школы. Состояние Парета должно было быть очень велико, чтобы владеть таким большим куском недвижимости в столице. В саду росли цветы и деревья. Последние произрастали так густо, что за ними не было ничего видно.
Михаил, оказавшись рядом с садом Парета, сначала долгое время безуспешно пытался чтолибо рассмотреть сквозь ветви деревьев. Но, так и не увидев ничего существенного, толкнул незапертые ворота и оказался внутри. Дорожка, посыпанная мелкими камушками, вела в глубь сада. По ней Михаил и направился.
Довольно скоро он оказался около ажурной беседки, рядом с которой находилась группа мужчин разного возраста, одетых в халаты.
«Ученики», – догадался молодой человек.
Пройдя через ряд сидящих учеников, он подошел к беседке, где великий ишиб обычно проводил занятия. Парет, сорокалетний мужчина в расцвете сил, производил впечатление человека, не чуждого радостям жизни. Его волосы были завиты явно у лучшего парикмахера столицы. Покрой его расшитого драгоценными камнями халата слегка отличался от общепринятого. Парет выглядел даже немного щеголевато. Многочисленные перстни украшали пальцы ишиба. На взгляд Михаила, Парет выглядел как денди – по меркам королевства Раниг.
Робея, молодой человек исследовал тонким щупом абПарета. Это было чтото невероятное. Он догадывался, конечно, что у выдающихся ишибов абможет быть очень сильным, но чтобы настолько! Абзанимал добрую четверть объема тиПарета.
«Он, наверное, умеет летать», – подумал Михаил, подходя ближе. На него было устремлено множество глаз, но никто не делал попытки задержать его. Если человек идет к великому ишибу, значит, пусть великий ишиб решает, нужен ему этот человек или нет.
– Ты, должно быть, тот самый дворянин из провинции, которого меня так просили принять, – сказал Парет. Его взгляд был спокоен и даже безмятежен.
Тот вежливо поздоровался.
– Что же привело тебя ко мне? – спросил ишиб, когда в свою очередь поприветствовал гостя. – Ты чемто болен? Нет, этого я не вижу. Болен ктото из родственников?
– Я пришел за знаниями, великий ишиб, – сказал молодой человек.
– Знания знаниям рознь. Мои знания вряд ли тебе пригодятся, учитывая отсутствие аба.
– Меня интересуют знания вообще, – уточнил Михаил. – Хотел бы расспросить тебя не только как ишиба, но и как путешественника.
– Любопытно, – заметил ишиб. – Присаживайсяка рядом.
Гость великого Парета благодарно кивнул и с удобством расположился. По сути, его интересовали два вопроса. Вопервых, везде ли в этом мире есть ишибы или это только местная аномалия. Вовторых, знает ли чтолибо великий ишиб о перемещениях между мирами.
– Хотя я не обошел весь мир целиком, – ответил Парет, – могу тебе сказать, что везде, где я был, люди имели способности к управлению ти.А иногда даже и животные могли делать это.
– Животные? – удивился Михаил, вспоминая давнего зайца.
– Да, – подтвердил ишиб, чуть поморщившись. – Но не со всеми из этих животных приятно встречаться.
Молодой человек пока что не стал заострять внимание на этом предмете и перешел к более важному вопросу.
– Ты спрашиваешь так, словно уверен, что наш мир – не один, – улыбнулся ишиб. – Мне же ничего не известно об этом. Мир может быть один, а может и не быть один. Все зависит от того, с какой точки зрения это рассматривать и с какой целью.
Гостю этот ответ был понятен. И в его мире в области гуманитарных наук результат тоже часто зависел не от логики выводов, а от цели, с которой предпринималось исследование. Впрочем, некоторые умельцы применяли этот принцип и к естественным наукам.
– Значит, ишибы не могут, используя ти,путешествовать между мирами, если они существуют во множестве? – переспросил Михаил.
– Мне об этом ничего не известно, – вежливо повторил ишиб. – Мои предшественники неоднократно пытались научиться мгновенно перемещаться на большие расстояния в пределах одного этого мира. Но не достигли скольконибудь значимого успеха. Их постигла такая же неудача, как и с бессмертием.
Бессмертие было давней, так и не сбывшейся мечтой многих ишибов. Действительно, если они могли в совершенстве контролировать ти,то почему бы им не создать себе вечное тело? Однако все было не так просто. Вопервых, полноценный контроль над тибыл доступен лишь в бодрствующем состоянии. Вовторых, старение ишиба проявлялось сначала не в старении тела, а в старении способностей. Прежде всего – в старении аба.Ишибы жили очень долго. Иногда до трехсот лет. Но рано или поздно их способности к управлению тиугасали. Когда это происходило, стареть начинало и тело ишиба, которое тот уже не мог поддерживать в хорошем состоянии.
Михаил узнал, что хотел. Он вежливо попрощался и, к своему удивлению, получил приглашение заходить еще, если у него возникнут такие же интересные вопросы.
Когда молодой человек покидал гостеприимный сад, начал накрапывать дождь. Он подумал, что этому миру явно не хватает зонтов, и медленно побрел в сторону дома Ференов, вспоминая великого ишиба, его чудесный сад и не менее чудесный аб.
Внезапно, когда он еще недалеко отошел от ворот школы Парета, он увидел человека в черной одежде, который шел прямо на него. Этого человека ему приходилось встречать раньше в приемной короля. Звали его Комен.
Встреча была очень нежелательной, и Михаил хотел было проскочить мимо, но Комен тоже узнал его.
– Так, так, – протянул он, разглядывая камзол молодого человека, который совсем не походил на крестьянский, хотя и был не впору. – Вот и наш простолюдин, который чуть не убил толстяка Тенна одним прикосновением к его мечу. Без использования ти,ведь иначе это все бы заметили. Такие вот у нас в стране простолюдины.
– Я не простолюдин, – ответил тот.
– Конечно нет, – подтвердил Комен. – Я думаю, что ты – один из родственничков честнейшего советника Рауна, которого он выдал за крестьянина. Скоро советник начнет выдавать своих родственников за королевских лошадей.
То ли выражением лица, то ли манерой держаться Комен чемто неуловимо напоминал Ференастаршего. Хотя ростом был выше и определенно моложе его. Усы, опятьтаки, в отличие от усов Ронела, были не загнуты вверх, а направлены строго параллельно земле.
– К советнику я тоже не имею никакого отношения, – заметил молодой человек.
– Вот это да! – изумился человек в черном. – Советник не знает о том, что ты – не крестьянин? Я вижу перед собой того, кто смог провести эту бестию? Как же тебя зовут?
– Называй меня Ксант, – ответил Михаил.
– Ксант? Нормальное имя, ничем не хуже остальных, – с нескрываемой иронией ответил Комен. – Ты мог бы с таким же успехом выбрать любое другое. Меня зовут тагга Комен Каретт.